Тамара Семеновна была мрачной. Она зло забрала у Сухожилина записи половых актов Сафьи, которые делал ее покойный сын (хоть капитану она соврала, что нанимала с этой целью частного детектива).
Она сперва подумал, что отдаст их режиссеру Заславскому. Это ведь он тогда «стукнул» газетчикам на Соньку, что она с ума сошла, и Ангелы ей мерещатся повсюду, значит, ненавидит эту девку за что-то. Пусть использует кадры порно-съемки в каком-нибудь новом фильме «для взрослых».
Но, помешкав, потом решила не тратить время понапрасну, и просто найти хорошего компьютерщика (сама-то Тамара типичный «старый чайник» в этом деле), и тот выложит компромат на Соньку в Интернет. Тогда позор ей обеспечен хоть у нас, хоть в Австралии – Слава Сети! В Индии, куда «царица» решила отправиться, как раз много отличных компьютерщиков и хакеров.
Она радостно потирала руки, ловя такси, чтобы отправиться в аэропорт и купить билет на рейс до Дели, а оттуда – на Гоа.
Монументальная Тамара Семеновна и не знала, что ей опять повезло так же, как Софье: планы на счет ее убийства были расстроены киллером – «пофигистом», также, как, впрочем, и ее собственные планы убийства Соньки треклятой.
Соня заснула под руками массажиста, хотя это было непросто: больно было. Но усталось сморила ее в какой-то глухой, мутный сон. В нем Илларион ее спрашивал: – Ты позаботилась, чтобы сохранить моего ребенка». И от ужаса от того, что он мог бы быть прав, Соня проснулась. И тут же решила, что жениться им надо срочно и уезжать из России: если Илларион будет так думать, то его «оторва» Нана убьет Соню, не разбираясь – на всякий случай. Да и на Клода может виды иметь. Ну и разуверять Иллариона Софье не очень-то хотелось.
Стоит о черте подумать, как он тут как тут: на экране мобильного телефона высветилась надпись: Илларион. Соня хотела сбросить, но решила узнать, что надо этому гению преступного мира.
– Алло, – слабым голосом отозвалась она, – Я на процедуре, – наполовину соврала Соня, ведь массаж так и можно было бы назвать.
Михаил уже массировал ей плечи, а рука отошла совершенно, остался только багровый синяк.
Можно себе представить, сколько ногтей пришлось бы вырвать этой мегере с залакированными волосами, чтобы она отписала ей пентхаус, когда можно было за него побороться.
– Спасибо Вам огромное! Это царский подарок. – Искренне сказала Соня. Ей даже комок к горлу подступил.
– Тебе и твоему малышу, – улыбнулся в трубку Илларион. – При упоминании малыша Соня аж задохнулась от неожиданности. Ну, конечно, Гия же интересовался ее здоровьем в полном объеме!
– Чтобы избежать шантажа в будущем с твоей стороны, я проверил в больнице: ребенок не мой. Так что подарок – от чистого сердца, – Илларион рассмеялся, верно вычислив реакцию Сони.
– Еще раз спасибо, – закричала Софья в трубку. И испытала громадное облегчение.
– Не за что, поправляйся, – с отцовскими интонациями продолжил разговор Илларион. – Дарственную отвезу нотариусу, у которого оглашали завещание, – заверил он уже деловым тоном, и отключился.
Соня ликовала. Ей хотелось вскочить и прыгать на месте. Надо же, не придется судиться, доказывать что-то, просить о помощи свидетелей, которые неизвестно как относятся к ней теперь и могут быть Тамарой перевербованы! Камень с души упал и разбился.
Клод спросил, что случилось. Про тест на отцовство она ему не сообщила. А вот про дарственную на квартиру отъезд Тамары Семеновны – поведала. С восторгом.
Клода насторожило такое отношение преступного авторитета к его Соне. Но она так рада была известию, что квартира ее, что Клод отогнал от себя подозрения.
– Это надо отметить! Особенно учитывая тот факт, что мы толком не ели уже больше суток.
– Я последний раз ела пшенную кашу с компотом в больнице. После операции. – проявила Соня свою память.
– А я и вообще не помню ели что – то два дня. Только не хочется ехать переодеваться – мы ведь одеты для бани и машина у нас не с собой.
Массажист Миша, смахнув пот со лба, посоветовал им поесть тут же, в кафе при банях.
– Тогда и вас мы приглашаем. Ведь вы спасли мне руку, – позвала его в компанию Соня. Перевела Клоду сказанное ими с Мишей. И вся троица, одевшись, отправилась пировать.
Клод объел кафе в смысле чебуреков. Да и Соня о талии не думала. Зато Миша питался рационально – заказал себе три бутерброда с черной икрой и салат. Выпили шампанское, потом – пиво. А потом стали рассказывать анекдоты на русском и английском.