И тут, в тенистом перелеске
Поэтов слышу разговор:
— Уймитесь, милочка, уймитесь, -
Я ей сказал, — всё поменять!
В меня, голубушка, влюбитесь
И я тогда скажу: издать!
Что, я неправ?
— Конечно, правы;
Она ещё так молода.
Стихи! Да это лишь забавы;
Хотя, чертовски всё ж горда!
— И мне увидеть доводилась
Стихи в издательской глуши;
Во мне как будго серебрилось
Её цветение души.
— Да бросьте, что вы?! Это лепет!
Какой там стих какой там слог?
В них лишь немного чувство светит,
И я с трудом читать их мог.
— Но женщина — огонь, скажу вам,
И блеск её бездонных глаз
С какой-то силой, под паровом
Души, волнует даже нас
— А книга её скоро выйдет.
— Мне жаль её
— А мне жаль нас!
Стихи её Любовь обнимет,
А время пусть рассудит нас
— 2-
А Бал лишь только начинался,
И вальс объявлен Солнцем был:
Тут Вихрь рядом оказался
И деликатно пригласил:
— Прошу вас трепетно на танец,
Мы унесёмся в мир иной!
— Вы, словно в кности испанец,
Но я согласна — Вы со мной!
И мы кружились в бурном вальсе
Над морем, сушей, и порой
Легко ступал мне Вихрь на пальцы,
Как темпераментный герой.
Идем в волнении ступая.
Незримо по цветным камням,
И в дом волшебно проникая,
Мы видим, что мужчина там
И женщина сидят в раздумье,
О чём-то тихо говорят;
Рассвета тишь их внемлет думе,
И тает звёзд небесных ряд.
— Опять я видела планеты
И Мироздания миры
И слушала Богов лавсты;
И эти светлые дары
В душе стихами расцветают,
Тепло весеннее несут;
И льды в сердцах тихонько тают,
И люди к вечному идут.
— Мне бы хоть раз слетать в рассветы
И Мирозданья жизнь вдохнуть…
О, если б знала, как заветн
Мне эти освящают путь
Любить природу — жизнь Вселенной
И истину добра искать,
И в храм души своей нетленной
Входить и свечки зажигать
— 3-
— Вы, сердце нежное, печальны,
Прошу, пойдёмте в бездну лет;
И снова с Вихрем в танце бальном
Мы очутились, где банкет
Шёл в полном дружеском разгаре
Среди картин, знакомых мне.
Играли тихо на гитаре,
И расцветали на окне
В горшке три нежно-белых розы;
Переливаясь, дождь лил слёзы,
Они слегка касались шторы
Через открытое окно..
И тут открылись мне просторы,
Мелькали годы, как в кино.
— Сегодня, в день его рожденья
Мы открываем наш музей,
Чтоб нежность, красота, волненье
С картин сходили на людей.
— Прошу вас, господа, поближе:
Представлен вам автопортрет;
В глазах талант, который свыше,
Открыл к чудесному запрет.
Да что же, право, объяснять -
Его душой владела лира.
Влюбившись, Вечность вновь обнять
Признанием сердечным мира
Картины мастера стремится,
А нам ей надо помогать,
Чтобы полотнам сохраниться.
Два в зрелом возрасте мужчины
К одной картине подошли,
Их чувства были так обильны,
Что взгляд невольно привлекли.
— Скажите, как вам эта "Дама"?
— Да, в общем, очень ничего,
Хоть и была она упряма,
Любвеобильнее его.
— Продайте за три миллиона.
— И не просите — не могу!
Ведь он любил её безумно,
И видит Бог, что я не лгу.
— Да… "Обнаженная", как юна!
"Любимая" её он звал.
И нежностью весенней полна;
Ей мир казался слишком мал.
— Продайте, сколько вы хотите?
— Да что вы, право, говорите?
Коллекция работ и так
На европейский ваш "тощак"
Приедет — не пройдет и года
Пройдёмте к полотну у входа.
— Chi Lei collezion Signore?
— O bene! O mi piace tuttе!
Lui e benissimo pittore!
Chi e le donne, fiori, frutte…
— Ну вот, мы с вами и у входа;
Здесь его чудный самовар.
— Как много у картин народа;
Бесценный здесь у вас товар.
— Вдали — "Красавица"!
Что, тоже, как и "Любимую» любил?
— Они немного чем-то схожи.
— Так… значит, Бог его простил.
— Ну, ладно, будет, пошутили;
Одну он женщину любил.
Картины душу освятили;
Вовек бы я не уходил
От этих чувственных полотен,
Где грет сердце доброта;
Часы в восторге били полдень
И доносилось: «Красота».
И вновь я в комнате, где свежесть
От белых роз, что на окне;
Дождинок бисерная нежность,
И мыслит мастер в стороне.
Просторы будущего скрылись,
Как фильм исчез с экрана дня;
А чувства радостно светились,
Но тайный Бал унёс меня.
— 4-
И вот предо мною обрубки лесные
И рек обмельчалых немая тоска.
И травы пожжённые, земли больные,
И властвуют груды сухого песка.
И тут я увидела нежность — глаза
В цветах, с голубыми ресницами;
Катилась росинкой с них тихо слеза
На платье с цветочными лицами.
— Природа моя, Вы — красавица!
И волосы-волны из рек.
Вы плачете?
— Стала я стариться!
От ран, что нанёс человек.
Что волны речные? Опутала
Их ядом людским палена;
За то ли собою их кутала,
Затем ли на свет родила?
Людей полной грудью кормила,
Любви не жалела, тепла;
И что же взамен получила
От них, кого так берегла?
И плачу, и в боли я мучаюсь
От грубых, жестоких сердец.
Чьи ритмы бездушные слушаю, -
Молилась она, — пусть конец
Мучениям этим наступит!
0, Господи! Знала ли я,
Что к сердцу сосуды мне рубит,
Рождённое мною дитя?
— Природа родная, красавица!
Возьмите Вы нежность мою,
А разум — он в людях поправится,
Полюбят природу свою.
Поверьте душою в хорошее,
Есть силы — они вас хранят;
И в будущем, знаю, ждёт лучшее
И много в лесах оленят.
— Вы спойте любимую песню свою,
Природа, вздохнув, попросила.
— Весеннюю песню Любви вам спою,
— И с чувством глубоким запела.
В той песне слилось всё тепло материнства,
Вся нежность девических грёз,
И свет с чистотой дорогого нам детства,
И слёзы весенние белых берёз.
