Моя любовь, в этом мире каждому достанется свое.А может быть он окажется тем у кого нет ничего.Может кто-нибудь окажется бедными как мы.
Ночь окутала горы. Огромное облегчение окутало меня. Ярко-голубого цвета небо, преобразовавшись в раннюю ночь, накрыло меня. Я, широко раскрыв руки, захотел обнять его. Но мне казалось, что я плаваю в море. Небо превратилось в ночь и упало на горы, а я плавал в море в надежде обнять небо. Какое дивное было время! Может, когда говорят о том, что море по колено, имеют в виду именно это состояние? Что-то неустанно причиняло беспокойство моему сердцу. Но даже в этой тревоге я не забывал о нем. Он был мне нужен как небо, как воздух, как море. Он был мне милостивым и добрым. Если бы я нашел его, то никогда не отпустил бы. Мы шли бы вместе рука об руку. Он был мне нужен. Я чувствовал себя одиноким без него. Я был беспомощным без него. Робким. Меня пугало всё, где на мой взгляд его не было. Это бескрайнее небо, целая вселенная за небом, это широко растертое поле, у которого рамка горизонт, и город в безбрежном поле – все это было бессмысленным без него. Мысль об его отсутствии огорчала меня даже в самые радостные моменты. Она проникала в мое подсознание как коварная змея, готовая в любое время ужалить, как предатель, который прячется, чтобы незаметно воткнуть нож в самое сердце. Я пытался не брать в расчет и пока был занят собственным притворством, кто-то приближался ко мне. На тот момент, конечно, не были придуманы звонкие украшения или шёлковое кетени. На тот момент была всего лишь чернеющая тень. Исходя из робких шагов можно было предполагать, что она тоже боится или сомневается в чем-то подобно мне самому. Я хотел сказать ей: «Не бойся» Но вдруг сердце порывисто защемило, и я осознал, что сам ее боюсь. Ноги задрожали. Теперь звук моего вздоха был слышен даже самому. Говорят, что страх дает человеку силы. Но для того, чтобы быть сильным во время страха, нужно время. Для кого-то это время длиною в жизнь, а для кого-то достаточно будет и мгновения. Из-за своего страха я начал быть хладнокровным. Именно чувство страха сделало меня отважным, ничего не боящимся человеком. Между нами лежало расстояние метров в 3-4. Как появилось у меня желание осмотреть ее хорошенько, так горы стали между нами пропастью, и зеленое поле, лежащее под ногами, расширившись, стало крутиться как колесо. Только я и та тень стояли неподвижно, как вкопанные. И до меня дошло, что все это произошло, пока я глазом не успел моргнуть. С хладнокровием мой разум и память вернулись на свои места. Небо вверх, моря по ту сторону горы, а гора сошлась с полем под моими ногами. Не могу с точностью сказать, кто к кому подошел первым. Может на тот момент мой разум полностью не поместился на свое место. Не знаю. Но одно могу сказать с уверенностью: я впервые смог хорошо обвести глазами эту тень при свете Луны. Я ее сразу посчитал мне родной. «Мы сойдемся, я знаю» улыбнулся я. К тому времени все вышло из головы. И одиночество, к которому я привык, и тяжелое бремя, что несу на плечах, и мой бесконечный поиск в надежде найти его, и чувство опустошения – все они куда-то подевались с ее приходом. Я теперь был не одиноким и поэтому перестал бояться. В голове не укладывалось, как вдруг я стал хозяином всего. Это ощущение власти переделало горы еще выше, поля еще шире и еще красивее зеленые травы, что расцвели в безбрежном поле. Я, захохотав от радости, поднял взор к небу. Но до Луны было далеко, а до неба, что сделало луну своей белой гюльякой тем более. «Пускай, у меня сейчас нет на это времени», – сказав это, я с жадностью посмотрел на стоящего предо мной.
– Здравствуй, – улыбнулась она. Две длинные заплетенные косы были сброшены спереди. В моей голове промелькнула идея о том, что именно из-за этих кос она могла показаться тенью. Пока просматривал эти косы в надежде измерить длину ее волос, в глаза попались ее босые ноги. В тот же миг я уставился на свои. Оказалось, что и мои ноги босые. Кусочки мокрой травы местами наклеивались болотом вдоль ног. Я спросил у нее, кто есть такая. Может и не спросил.
