— Странно, ведь с помощью алхимии можно множество вещей создавать, да и создать философский камень, в конце концов. Да и почему он не обменял душу во имя алхимии? Так бы у него открылись куда больше свободы действия, ведь зельеварение подраздел алхимии.
— Мне неизвестны его мотивы и мысли. А что касается философского камня, то его еще никому не удалось создать, поэтому неизвестно, возможно ли это вообще.
— Ну, я в качестве примера это привел. А так, с алхимией есть возможность создавать прекрасные ловушки, улучшать состояние своих воинов и вредить врагам, проводить махинации с металлами… В общем, огромное поле деятельности, открытое для каждого, кому не лень.
— Согласен, но факт остается фактом. Тысячу лет назад и люди владели алхимией, но теперь таких не осталось вовсе, а сама алхимия превратилась в сказку.
— М-да, печальная история выходит. Но как люди в прошлом создавали зелья подобные кислотному и огненному? Эти материалы не найти просто так, да ведь?
— В этом свою роль играют демоны. В прошлом, когда все больше верили в мистику, частенько призывали различных демонов, чтобы они удовлетворили желания призывающего, в их число и входили алхимики. Конечно, их было не так уж и много, но эта деятельно заинтересовала и самих демонов, никак не причастных к этой стезе. Матерые демоны-алхимики с презрением смотрели на этих «дураков», но им было абсолютно плевать на усмешки. У них разгорался костер интереса и желания знать больше.
— Правда? Я заметил, что подобное проявляют и подчиненные мне демоны, вроде Амдукиаса, Андреалфуса, Ориаса и так далее, но в своих направлениях.
— Они являются хорошим исключением.
— Ну, мне не с чем сравнивать.
— И то верно. Демоны стали слишком ленивыми, они потеряли какой-либо стимул совершенствоваться. Если раньше между ними царила конкуренция, подталкивающая друг друга становиться лучше день ото дня, то теперь мелкие демоны глядят на старших, прославленных, и опускают руки, со словами: «
— Не тратить время на драки? Разве им не скучно? Они и сами говорили, что желают повеселиться и готовы к любому сражению.
— Они ищут веселья, не прикладывая ни капли сил и лежа на том же месте. Однако если к ним на голову свалится сражение, то тогда они будут вынуждены действовать.
— С таким подходом ничего не добьешься, как так можно?
— Разве люди не такие же? — задал риторический вопрос Сиире.
— К сожалению, у нас может даже хуже. Правда, подобные люди опускаются до нижних слоев общества, становясь отбросами и погибают, прожив максимально скучную и ненасыщенную жизнь, в то время, когда демоны могут жить до тех пор, пока их не убьют.
— Вот. Именно поэтому Акедии и нравится ваш мир.
— Вот как?
— Угу. Чем больше в мире ленивых людей, тем больше у него сил. Такое же правило действует и на других грехов.
— Тогда кто сильнейший?
— Однозначно можно сказать, что Супербия, за ним Ире, а потом уже Акедия — такая тройка лидеров в силе.
— Значит, много горделивых и гневных людей? С ленивыми разобрались.
— Ну да. Гордость присуща каждому и лишь изредка люди отрекаются от неё, то же можно сказать и про злобу.
— Согласен… Правда, несмотря на свои силы, Акедии будет лень что-то делать и как-то стараться на поле боя.
— Почему же, он может прийти на помощь, если ситуация будет слишком опасной.
— Такое уже было?
— Конечно, во время первой войны.
— Как много слов о первой войне… — пробормотал Реос.
— В это счастливое для демонов время, произошло много разных событий. В то время появлялось немало могущественных демонов, некоторые из них существуют и до сих пор. А есть и те, которые после войны скрылись, и, можно сказать, отреклись от своей сущность, оставшись один на один со своей страдающей душой.
— И их никто так и не нашел?
— Их и не искали. Зачем тратить время на идиотов?
— Идиотов, значит… — недовольно произнес юноша.
Сиире заметил изменение тона голоса у юноши и поспешил объясниться:
— Кхм, как Вы назовете существ, которые прошли через всю войну, следуя своим мечтам, идеалам и целям, а после неё отбросили все, включая самих себя?
— Может они узнали нечто такое, что изменило бы их? Вы же не разбирались в них, не разговаривали и не пытались найти причин их беспокойства.
— С ними никто сюсюкаться не собирался и не собирается. Если их дух был так легко сломлен, то это их вина, и они сами должны разобраться во всех терзающих вопросах, тогда они изменят себя и, возможно, станут сильнее, мудрее или же просто умрут. — усмехнулся Принц в конце.
— … — юноша не нашел слов на этот счет.
Так они и продолжали беседовать, рассуждая разные вопросы демонического ремесла и её истории.
Пятница. 20 октября.
День был ничем не примечательным. Все те же школьные и рабочие будни, однако вечером, по пути с работы, появился кое-кто, кого давно не видел наш герой.
— Приветик. — раздался ласковый женский голос. — Как ты?
