Лари вышел за дверь. Было уже поздно. Отец уже ушел в свою комнату. Лари сел на кухне, нашел в ворохе бумаг на подоконнике нужный номер и набрал его.
Лукас мог уже спать, но Лари было как-то наплевать. Трубку долго не брали, но все-таки ответили.
— Что случилось? — спросил Лукас немного нервно.
— Нытик твой случился.
— Что?
— Дани плачет, потому что, видите ли, папа его разлюбит, потому что он ко мне попросился.
Сначала Лукас молчал. Послышался какой-то шум.
— Что ты ему сделал? — спросил Лукас. — Он не плачет просто так.
— Ничто я ему не делал. — У Лари снова внутри закипало что-то похожее на гнев. — Просто скажи своему Стенли, чтобы поменьше ныл. — Потом опустил голову, заставляя себя успокоиться, и глубоко вздохнул. — Он домой хочет. Я его привезу завтра.
— Уже?
Лари не стал отвечать. Отключил телефон и уставился на темнеющие за окном ветви лиственницы.
Утром все внешне шло хорошо. Вот только у Лари все валилось из рук. Он сделал себе слишком крепкий кофе, теперь давился им, потому что переделывать не хотелось. Роберт учил Даниэля правильно есть бутерброды. Потом сидел и посмеивался над озадаченным лицом ребенка.
Зазвонил телефон. Лари даже на номер не глянул. Кроме них ему никто больше не мог позвонить.
— Ну? — спросил он вместо приветствия.
Ожидал, что будет Лукас, но вместо него ответил голос Стенли. Вполне спокойный, но тихий. И ему не очень радостно было этим утром.
— Можно мне с Дани поговорить? — попросил он у Лари.
— Зачем? — Лари посмотрел на ребенка, который обкусывал корочку у хлеба.
— Я его успокою.
— Поплачешься опять?
— Нет. Дай мне с ним поговорить.
Это уже было сказано жестче. Почти приказ.
— Дани, — Лари протянул ему телефон. — Папа звонит.
Даниэль быстрым проворным движением забрал телефон. Обращаться он с ним умел. Прижал к уху, держа двумя руками.
Лари снова прикрыл глаза, слушая только звонкие «да» и «нет» Даниэля и широкое дыхание отца. Было очень погано на душе. Разговаривали они долговато. Говорил в основном Стенли. Даниэль помалкивал, но внимательно слушал.
Потом осторожно, как хрустальный, отдал телефон Лари.
— Он останется. — Сказал ему голос Стенли из трубки. — Я не знал, что он так думает.
Связь Стенли разорвал первым. Настроение у Лари немного посветлело. Да и Даниэль улыбался.
— Папа сказал, чтобы я с тобой пожил. Они заняты. И папа сказал, что в деревне воздух свежий и что он полезный и что я здоровым потом буду.
Роберт громко хмыкнул на всю кухню. Лари с удивлением почувствовав, что тоже улыбается.
Качели скрипели после каждого толчка. Даниэль все время просил раскачать еще сильнее, а у Лари уже болела рука. Обычно около этих качель можно было часто встретить детей, но сейчас они были пусты.
Снова к ним пришел этот в погонах. Лари уже успел сообразить, что они с его отцом чуть ли не друзья. Рыбачить вместе к озеру ходили.
— Отца дома нет. — Крикнул Лари, когда Ян уже хотел раскрыть калитку.
Альфа резко поднял голову, вытащив одну руку из кармана. Пошел в сторону качель.
— А я и к вам тоже. — Крикнул он, чтобы хорошо было слышно. Лари перестал качать Даниэля, и качели медленно начали останавливаться. Это совершенно было ненужно, чтобы к нему вот так ходили.
— Зачем?
Ян остановился около второй качели, поменьше первой.
— У вас судимость, а вы не сказали.
Стало страшновато.
— А мне может табличку на груди повесить?
— Не груби. Не надо. Просто нужно было сообщить. Тебе не сказали об этом?
— Нет.
Качели совсем остановились, но Даниэль сидел и молчал, не решаясь капризничать при незнакомце.
— У меня все погашено. — Сообщил Лари, мечтая, чтобы от него уже отстали со всем этим.
— Не надо так на меня смотреть враждебно, — Ян легко пожал плечами, — у меня работа такая, мне за это денежки платят. Так, что предупреждение я высказал, мешать не буду.
Он действительно собирался уйти. Все так просто.
— Какое? — спросил Лари. — Вести себя хорошо.
— Типа того. Передай отцу, что я заходил, пускай мне звякнет, как только сможет.
Лари так и знал, что не к нему шли. Кому он вообще нужен?
========== Глава 10 ==========
Во дворе раздались голоса. Лари оторвал голову от подушки. В глаза ударил яркий свет солнца из окна. Скрипнула пружина старого дивана, когда он приподнялся.
Послышался низкий, но приятный смех, потом раздался голос отца. После тишины, которая царила в доме, эти голоса казались слишком громкими.
Лари встал, поправив на себе большую растянутую футболку, попытавшись повесить ее на оба плеча, а не на одно. Прошел к открытой двери, которая вела на улицу. Там было еще ярче. День вообще выдался теплым и солнечным. Деревянное крыльцо почти раскалилось и теперь жгло босые ноги. Лари просунул ноги в свои старые тряпочные кеды, которые сохранились еще со школы.
Во дворе около забора Роберт складывал удочки. Рядом стоял незнакомец. Тонкий и высокий, с длинной выцветшей косой. Держал в руках ведро с рыбой.
За оградой, облокотившись об нее локтями, стоял Ян. Снова весь грязный и мокрый. Что-то рассказывал.
— Вы рыбачить ходили? — спросил Лари, направляясь к ним и перебивая Яна.