— Клянусь тебе, Влада, — Адам прижал ладони к груди, волнуясь и пытаясь объясниться. — Эраст делал для меня лекарство и лично приносил их мне каждый месяц. Если бы он был сейчас здесь, я бы при тебе позвонил ему и расспросил о лекарстве. Неужели ты думаешь, что я стал бы обманывать тебя?
— Эраст никогда бы так не поступил, я знаю это!
— Я тоже это знаю, поэтому именно к нему я и обратился, хоть и не люблю его, но это правда. Я сам пришел к нему и стал просить о помощи. Я опустил голову и просил его, унизился перед ним. Для меня в приоритете была твоя мама, это ведь не шутка и не та ситуация, в которой надо было выяснять наши отношения, пойми! Тем более, что я последние месяцы был с Мариной, так что пытаться разругать вас у меня в мыслях не было. Это все в прошлом.
— Я все равно не верю… лекарство ведь помогало.
— Да, это так. И я был благодарен ему, он обещал, что это поможет. Конечно, если… если он не обманывал меня из-за собрания совета… — чуть тише ответил парень, но Влада услышала.
— Какого собрания? По работе?
— Да, мы должны были продлить договор, но он не хотел продолжать сотрудничать с нами, — Адам нервно поднялся со скамьи, расхаживая рядом с девушкой. Голос его становился лишь злее, глаза налились кровью от ярости, желваки ходили ходуном. — Эраст планировал улететь заграницу и остаться там, а бизнес здесь хотел продать. Неужели… Боже, неужели он обманул меня, чтобы отомстить? Нет, такого не может быть… проклятье!
Влада замерзла. Резко ей стало холодно, руки были ледяными. Все, о чем она могла сейчас думать, так это о том, что все для ее мамы могло закончиться плохо. Она не помнила и не слышала ничего из того, что говорил друг, как он ругался и бил ботинками кучу лежащих листьев под ногами.
Девушка пришла в себя, только когда парень опустился перед ней на колени, взяв ее руки в свои ладони. Глаза парня были красным и мокрыми от слез, а лицо бледным и виноватым.
— Влада, я умоляю тебя, прости меня. Если не дай Бог что-нибудь случится с тетей Любой, это будет только моя вина. Я виноват… Господи, мне так жаль, прошу тебя, пожалуйста, прости меня. Умоляю тебя, мне так жаль. Что я натворил?
— Адам, пожалуйста. Успокойся, прошу. Все хорошо, не говори так. Все будет хорошо, пожалуйста, встать, — девушка расплакалась и обняла парня, крепко прижимая к себе. — Пожалуйста, ничего мне не говори. Все же будет хорошо, вот увидишь.
— Я убью его, клянусь! Я убью его, если он действительно обманул меня и подменил лекарство на что-то другое. Будь он проклят, ублюдок! Я ведь знал, я знал, что ему нельзя доверять. Как я мог допустить такое и позволить тебе общаться с ним… он злопамятная тварь и кто знает, что за злоба таится в его голове.
Девушка вздрогнула, когда почувствовала, как вибрирует мобильник. Достав его, она дрожащими руками ответила на звонок:
— Да, мама?
— Влада, ты только не пугайся, я в порядке… — слабым голосом прошептала женщина.
— Что случилось? — девушка подскочила на месте, словно ошпаренная. Адам поднялся вместе с ней, взволнованный, взгляд его бы растерянным.
— Меня собираются положить в больницу, но все будет хорошо, я обещаю. Мне просто нужно, чтобы ты собрала мои вещи, хорошо, доченька? Только не плачь, обещай мне! Все хорошо, я в порядке, правда.
— Мама, — тихо сказала Влада и снова заплакала, не веря, что все это снова происходит с ней.
Девушка была опустошена и не знала, что ей делать и говорить, как вести себя дальше и не понимала, где она находится. Все казалось ей страшным сном, от волнения она не знала, куда ей деться. Адам заботливо был рядом все это время, вскоре приехала и Марина, взволнованная и расстроенная тем, что узнала.
Когда девушка вместе с друзьями вышла из больницы, ей казалось, что жизнь и весь мир снова стали серыми, потеряв весь смысл существования. Марина сказала, что останется рядом с ней, Адам охотно поддержал девушек и сказал, что тоже будет по возможности оставаться в больнице и помогать им чем только сможет. Девушка даже не могла никого поблагодарить, находясь в шоке от происходящего и отдавая себя полностью в руки друзей. Весь мир был разрушен и лишь один человек, которого она сейчас жаждала видеть, чтобы взглянуть ему в глаза и задать столько волнующих ее душу вопросов, пропал без следа, оставив ей лишь боль и вопросы без ответа.
***
