Я осталась одна в комнате и пришло время осознать то, что произошло между нами с Винтером за месяц. Я сделала легкий выдох, эта неделя на учебе оказалась сложнее чем я думала, видимо потому что все мои мысли были вовсе не о занятиях. Опустившись на кровать я чувствовала как все мое тело ныло от усталости и немного сжималось в области живота, а это было вовсе не от переутомления.
Итак, сначала он купил мне апельсиновый сок в баре, даже немного задержался и все потому что он помнит, что я больше не пью, а в том месте, кроме алкоголя ничего не было. Этот жест был приятным, но нельзя ведь расслабляться, нельзя дать подумать, что я немного умерила свой гнев к нему.
Черт.
Он запомнил мой любимый вкус сока, который так и не изменился спустя три гребанных года, больше всего бесит, что внутри я ликовала от этого. Тогда я совсем не придала этому значения, но собрав все пазлы воедино, мне кажется я начинаю понимать.
Потом мы поцеловались, но оба сказали, что это лишь минутная слабость и прочую ересь. Было ли для меня это так?
Не знаю, кажется тогда я вообще ни о чем не думала, я просто отдалась инстинкту и наслаждалась его губами, забыв о том, что он за человек, забыв о том, что он разбил мне сердце. Конечно я не буду показывать, что этот поцелуй до сих пор вызывает дрожь по моему телу, а на губах маленькое покалывание. Но черт, это не правильно. Я повелась на эти голубые глаза и совсем потерялась, каждый раз напоминаю себе не смотреть в глубь его зрачков и каждый раз все равно заглядываю в них.
Затем я вовсе заболела из-за дождя, а еще потому что не могла попасть в комнату, ведь ключи были у Энни, я помню все. Все что нужно и нет, я помню как он заставил меня выпить таблетки, я помню, как он заварил тот самый чай, я помню, что он переодел меня.
Черт, я даже думать не хочу об этом и представлять, надеюсь он не пялился туда, куда не нужно.
Вини. Что было в моей голове, когда я решила, что Винтер вновь пришел ко мне во сне и просила остаться его со мной. Не совру, я действительно почувствовала тепло от его прикосновений и согрелась от этого, мне казалось, что я сплю и такого в принципе не может быть.
Самое ужасное — Вин согласился и остался. Насколько я помню, Винтер не хотел даже прикасаться ко мне во время медленного танца, ему было противно от моего присутствия, а тут он уснул со мной в обнимку.
Конечно я до сих пор помню его обжигающие руки, которые обхватили мою руку, а моя спина помнит изгиб его груди и торса, когда я прижималась к нему.
Почему в моей груди так пронизывающе отдает тоской, будто я получила то, чего мне не хватало?
Мне это не нужно.
Минутная слабость, не больше.
Но почему она длилась тогда вовсе не минуту?
Месяц был странным, никаких колких фраз от Винтера, он пытался вызвать во мне воспоминания из прошлого, проявлял заботу и был очень… Милым.
Я знаю, что скорее всего, он играет со мной, пытается возбудить во мне старые чувства и трепет. Но даже если это произойдет, он не получит от меня этого.
Да я так думала, пока не облокотилась на него во время рассказа Сэма на дне рождения его брата, что мною двигало? Без понятия, но я почувствовала как все его рука напряглось, а пульс участился, язык тела не обманешь, может и он ощутил что-то внутри? Что он подумал?
Наверняка о том, что я опять веду себя как полная дура, но нет, я не поведусь на пару милых жестов и не буду бежать признаваться ему в любви до гроба. Эти непонимания в моей голове лишь подталкивают к тому, что его план работает, он хочет влюбить меня в себя, чтобы снова разбить?
Не дождется.
Винтер Хадсон, я не влюблюсь в тебя снова.
Я стояла возле ворот университета, потому что здесь меня кое-кто ждал, тот, кого я не хотела бы видеть еще пару месяцев, хотя это не правильно. Но звонков по телефону мне было достаточно.
И вот белая машина мерседеса е-класса подъезжает, а из него выпрыгивает взрослая, стильная блондинка с зелеными глазами, что заставляет меня немного волноваться.
Мама.
— Корнелия, милая, мы так давно не виделись. — С распростертыми объятиями налетела на меня мама, я не смогла ответить ей тем же.
— И тебе привет.
— Как ты здесь? Все хорошо? — Мама гладила меня по волосам, не сказать, что мне было приятно.
— Хорошо. — Тихо сказала я.
— Я приехала по работе, решила и тебя навестить. — Видя меня все такой же холодной, мама немного отступила.
Я до сих пор не могу привыкнуть к ней, хоть и прошло три года. Ощущение преданности так и сжигает меня изнутри, я не верила в ее любовь и искренность, нельзя так поступать с любимым человеком. Нет, я не спрашивала у нее почему она так поступила, не пыталась понять и простить, мне это не нужно. Я всего лишь приняла тот факт, что у меня теперь есть мама.
— Круто. — Все так же безэмоционально говорила я.
— Корнелия, тебе хватает денег?
— Да.
— Я скучала. — Призналась мама, но я не верила ей.
Я не смогла ничего сказать ей в ответ, поэтому проигнорировала ее слова, посмотрев в сторону сквера, где студенты то и дело гуляли и о чем-то разговаривали.