Действие романа происходит на Северном Кавказе в городе S., в настоящее время, охватывая период с 2008 года по 2014 год. История излагается от первого лица. Следует отметить, что 70% написанного является правдой, а остальное – выдумка. Каждый читатель сам для себя решит, чему верить, а чему нет. Роберт – обычный студент, обычного медицинского университета. У него еще не сформировалась точная картина окружающего мира, он романтичный мечтатель, но в тоже время реалист – это парадокс и Роберт любит парадоксы. Он окончил школу, пришло время покинуть свой тихий провинциальный городок и уехать: «Набираться ума… и всего остального, чего можно набраться в далеком городе S». Взрослея, становясь врачом, Роберт начинает сомневаться в существовании Господа, Аллаха… даже в существовании Амон-Ра. Этот переломный философский вопрос застает его на втором курсе учебы. Однажды, когда он был подростком, радикалы-исламисты пытались завербовать Роберта в свои ряды, но он, не боясь, рассказывает читателю об этом и делает выводы: «Я больше никогда не ходил в мечеть ждать друга и щелкать семечки» Последовательно излагая свои философские и социальные суждения, Роберт задается этическими вопросами эвтаназии, жизни и смерти, проституции и любви, терроризма и правосудия. Каждая глава произведения – это искра жизни главного героя – «говоря «искра жизни»…я имею ввиду всё то, необыкновенное и необычное, всё то, что сделало меня таким, каков я есть на данный момент…». Несколько глав книги посвящены безответной любви. И тем приемам, которые Роберт использует, чтобы заглушить в себе эти чувства. Он использует алкоголь, использует однокурсницу Эмму, связь с которой становится «временным бальзамом» для его израненной души, герой даже уезжает в город-курорт Кисловодск, где находит проститутку и живет с ней два дня. Таким образом, каждый читатель найдет для себя свой собственный внутренний конфликт: кто-то задумается о вере и атеизме; кто-то поддержит эвтаназию, или же наоборот – осудит; кто-то вспомнит свою первую или последнюю любовь; кто-то еще больше возненавидит террористов за их радикальные идеи; кто-то выберется из депрессии, а кто-то впадет в нее на время прочтения некоторых глав; кто-то подумает, что безответную любовь нельзя заливать алкоголем и связями с проститутками, а кто-то поддержит эту идею. Это и есть целевая аудитория романа – люди, «страдающие» теми или иными сомнениями, люди, ищущие ответы, люди, способные любить и ненавидеть.
Альбур Булат,
«Любовь. Эвтаназия. Вера»
Пролог-предисловие
Ubi vita, ibi poesis
Латинская пословица (Где жизнь – там и поэзия)
«Я должен написать историю, но не банальный роман о любви или горе, а суметь отразить те, самые сокровенные чувства, которые не дают мне покоя, благодаря которым, я дольше, чем другие, не могу уснуть поздней ночью, но сделать это так, чтобы каждый читатель задался вопросами, которые долгое время будут «посещать» его разум и не дадут ему покоя», – именно эти мысли «посетили» меня этой туманной осенней ночью, которая своей одинокой пустотой не позволяет мне вернуться в далеко улетевшую весну. Да, именно в ту весну, в которой мне больше всего запомнилась не только любовь «осенившая» моё полное беспорядка сердце, но и жажда, жажда творчества и фантазии, пылавшей в моей полной полёта душе. Быть может, я выразился как-то неадекватно, не знаю, но, к слову сказать, мне всегда были интересны сумасшедшие, больные шизофренией люди, но не потому что я им завидовал или сострадал, а от того, что их поступки и слова были непредсказуемы, непонятны и нелогичны.
Обычно, чтобы лучше узнать человека, его просят рассказать о юношеских годах, о первой любви, о его детских фантазиях и мечтах. Но для начала, представь: летний августовский вечер в провинциальном городке, ты сидишь у двора на улице на деревянной скамье под деревом… Все друзья разошлись, лишь ты один… Смотришь вокруг: где-то вдали виднеются силуэты людей, спешащих домой, из далека слышен журчащий шум горной реки… И в голову начинают лезть различные мысли, самые невероятные мысли. То думаешь «В чём же смысл всего этого?», то вдруг понимаешь, что счастье – восхищаться окружающей красотой; то перелистываешь в голове воспоминания о людях, которых ты любил, ценил, то посмотрев на гору впереди, думаешь «Что же там, за ней?», хотя прекрасно знаешь ответ. А порой, видя, как ветер молчаливо качает траву, вспоминаешь, как когда-то в детстве боролся на этой траве с друзьями, и не знаешь, куда деться от этих мыслей, и в тоже время понимаешь, что это то, без чего человек не может быть счастлив, что это не просто воспоминания, не просто вопросы, это то, что ведёт тебя вперёд, но ты не знаешь к чему…
И в такие моменты хочется взять ключи от кабриолета, которого нет, сесть в салон и, вздохнув, включить песню «The Beatles – Yesterday», завести мотор и ехать, просто ехать в ночи, не спеша, видеть луну, небо, звёзды… Сначала ехать по степи, в которой кажется, что ты летишь, потом среди гор, меж которых хочется дышать и петь, и, вдруг, увидев холм у реки, остановиться… Не спеша подойти к нему, ощутить, как лёгкий ветер проносится по тебе, и, сев на холм, вновь вздохнуть и смотреть, просто смотреть вдаль… И кажется, точнее не кажется, а нет сомнений, что найдёшь то, что ищешь, или осознаешь то, что стоит поискать. Действительно, «это не кровь течёт в наших венах, это река нашего детства» (припев песни «Garou and Michel Sardou –La riviere de notre enfance»)
Какие мысли вызывают подобные слова? Кто-то скажет, что это полная чушь, кто-то пропустит через себя каждое слово, окунувшись в эту доселе незнакомую картину, а кто-то вспомнит себя – мечтательного и романтичного влюблённого мальчика, для которого нет ограничений, нет предела, который стремится к невозможному…
Моё детство началось и окончилось в обычном провинциальном городке, полном спокойствия и умиротворения. Где нет той спешки и той суматохи, сравнимой с весенней грозой. Наш дом стоял на улочке, идущей вдоль реки, и напоминал обычный дом, построенный в советское время, что подчёркивала рельефная крыша из серого шифера, и дымоход, из которого дым последний раз пробивался к небу лет тридцать назад. Чем старше я становился, тем меньше мне хотелось здесь оставаться, но я любил и до сих пор люблю эти места, мне всегда хочется сюда вернуться и поваляться на траве, поворовать черешню у пожилой соседки, вспомнить песни, которые мы пели, и, конечно же, забыться в воспоминаниях о первых чувствах. Не знаю почему, но романтические воспоминания любят «догонять» меня именно по вечерам, когда я смотрю на звездное небо. Быть может поэтому, я так часто люблю сравнивать симпатичных мне девушек со звездами или луной. Но здесь я испытал не только любовь, но и такие банальности, как предательство и ложь; хотя, говоря «испытал», я хочу показать себя не в роли пострадавшего, а скорее в роли глупца, который видит лишь хорошее вокруг себя и обитает в своих добродетельских мирках, подчинённых тем же глупым правилам, что и сам глупец.
