Девушка послушно опустила ведро с водой на землю и не поднимая голову быстро-быстро засеменила в дом. На душе острыми когтями скребнула кошка под названием совесть, но я кышнула хвостатую, здраво рассудив, что для Фреи влюбиться в этого бабника будет настоящей катастрофой. Такой же катастрофой, как стало когда-то для Миры.
— Мне так нравиться твоя ревность! — от созерцания сгорбленной фигурки Фреи меня отвлек самодовольный, мурчащий голос Эдгара — Кроткий ягненочек Мира, оказывается, умеет ревновать?
«Кроткий ягненочек Мира» сейчас больше напоминал кровожадного упыря, но я заставила внутреннее адское пламя немного поутихнуть и заявила наглецу:
— Было бы к кому ревновать! Я просто отлично представляю, чем заканчивается такое общение с тобой и Фрею в обиду не дам. А тебе еще раз повторю — ты ни черта обо мне не знаешь!
С этими словами я собралась развернуться и гордо удалиться в красный закат, вернее восход, как знаменитые мстители из советского фильма. Но две крепкие, мужские руки, совершенно возмутительно обвили мою талию и наглый, мурчащий голос прошептал:
— Так это можно исправить!
Меня прижали к крепкому голому торсу и собрались поцеловать.
Ну что вам могу сказать, бабоньки. Мерзавец попался и красивый, и с опытом, и возможно в какой — нибудь другой обстановке, под коньячок и хорошее настроение с этим мачо я бы позволила себе расслабиться и хлебнуть женского счастья ситечком. Но только не сегодня, когда голова гудела, настроение было ниже плинтуса, а вместо либидо во мне говорил какой-то кровожадный стрыга из историй Сапковского. Оно подвывало и требовало «Крови! Крови! Мяса! И почку, почку давай!». Ну, короче не судьба была графскому сыну сегодня, не судьба.
Ноги Эдгара радостно захрустели под моим каблуком и пока высокородный аристократ и надежда всего графства матерился, как сапожник, поминая моих родственничков до пра-пра-пра-дедушки, и прыгая на одной ноге, я успела отбежать от рукастого Брачинского на безопасное расстояние.
— Смотри, чтобы исправлялка не сломалась ненароком — сообщила я мужчине и смело ретировалась с места происшествия, пока мне не начали доказывать, что я в корне неправа.
Нет, последствий моего поступка не было никаких. Войдя в кухню к завтраку граф не сказал мне ни слова, лишь только немного хромал. Но вот его внимательный и раздевающий взгляд я на себе ощущала в полной мере, пока возилась с Сашкой, пытаясь уговорить того съесть очень «вкусную» овсяную кашу.
Этот взгляд напрягал и заставлял чувствовать себя не очень неуютно, но какое дело было его сиятельству до того, что он меня смущает?
— Ты едешь в город? — наконец-то нарушил тишину Эдгар — Я могу тебя подвести.
Хорошо, что этого не слышит Фрей, возясь, как обычно, в это время с Ингеборгой. Он бы не выдержал такого поползновения к сугубо его обязанностям и схлопотал бы сердечный удар. Ну, после того, как начистил бы графу морду. Я вообще удивлена, как мне удается все это время сдерживать этих двух самцов от драки за территории.
— Нет — отрезала графу и поднялась с места, передавая Сашу на попечение Берте — Я уж как-то своим ходом.
С этими словами я сбежала с дому, пока Эдгар еще чего-нибудь не выкинул и тем довел меня окончательно.
Но в кое-чем он все же прав, думала я, снова меняя раскладку сыра. О личной жизни не мешало бы позаботится. Пусть не сейчас, когда Сашенька еще такой маленький, но вообще… А то, как-то опять я плавно скатилась к решению бытовых проблем и совершенно забив на себя распрекрасную. А ведь сейчас у меня намного больше возможностей найти семейное счастье, чем было дома.
И красавица, и невеста богатая, и даже Саша в этой ситуации для меня больше плюс, чем в минус. Родила мага? Значит первая деваха на селе, так сказать.
Как бы там ни было, но я твердо решила, что отмучившись год и спровадив графа восвояси, а заодно найдя подходящую девушку для Фрея, я окончательно займусь вопросом личного благоустройства в этом мире. Интересно, у них брачные агентства тут есть?
На дверях громко звякнул колокольчик, оповещая, что кто-то особо нетерпеливый прорвался в магазин.
— Мы еще закрыты! Приходите завтра…
Сообщила я посетителю, оборачиваясь и тут же застыла на месте, увидев кого, принесла нелегкая.
Графиня Брачинская, разодетая в пух и прах, так будто пришла на бал, а не в скромную фиармотскую лавку в десять часов утра понедельника, стояла посреди моего детища и морщила свой крысиный носик.
Что у меня сегодня за день такой? Неприятности сыпались на мою бедную голову так будто я была коренным жителем острова Невезения с вечной пропиской там.
Но понедельник в моем случае нельзя было взять и отменить, как и вышвырнуть заклятую подруженьку из магазина за шкирку. Вот это был бы скандал! Глауция бы душу продала, чтобы на такое посмотреть.
— Сабина, какой сюрприз! Чем обязана? — осторожно поздоровалась я со змеей, здраво предполагая, что ничего хорошего из этого визита не выйдет.
