— Не знаю, что здесь происходит, — перебила я его, начав быстро выкладывать свои идеи — но я уверенна в том что видела. Возможно нам стоит расспросить, еще и того посла, господина Осталио…
— Мира! — Эдгар взял меня за руку, останавливая — У нас нет такого посла из Маркии! Господина Осталио не существует.
Дорога домой прошла в удручающей атмосфере. Эдгар настоял на том, чтобы доставить меня по адресу и убедиться, что я в безопасности. Всю дорогу граф расспрашивал о каждой детали странной встречи в лавке и мне пришлось все повторять снова и снова.
При этом мысли мои были полны мрачных предчувствий. Похоже, таки настал тот момент, когда я под мышку с Сашкой переезжаю в сарай к Ингеборге. Сейчас коза казалась мне единственным оплотом в борьбе с невидимым врагом и смертельным волшебством. Но справиться ли наша красноглазая королевишна со всеми неприятностями, что готовит нам неизвестный?
Если кто-то смог воссоздать образ Сабины(к этому больше всего склонялась я, как впрочем и Эдгар. По его мнению у крыски не хватило бы мозгов такое провернуть), то враг, решивший меня погубить обладает просто огромными силами.
Так что я была близка к тому, чтобы впасть в отчаяние. Хотелось обнять сына и порыдать вдоволь, но… Я так привыкла держать удар, что не могла позволить себе сейчас даже такой слабости.
И все же выход должен быть! Как вычислить марионетку болот и обезвредить! Не может не быть! В том, что здесь замешаны болота — я не сомневалась. Кто же еще, как не они?
Именно болота впервые показали мне образ посла, которому я так поверила и они были мастерами всяких задумок и иллюзий. Но в, то, же время. Что мешало им нанести мне настоящий вред в нашу первую и единственную встречу? Когда я была на их территории и в полной власти, так сказать. Но со мной пытались договориться, убедить, запугать, но ничего не сделали, а значит… Значит власти никакой они не имеют и в свою очередь свидетельствует, что в деле замешан кто-то еще.
Графская лошадь уже привычно свернула на нашу ферму.
— Надеюсь мне не нужно повторять все правила предосторожности? — спросил Эдгар останавливая коляску во дворе.
— Не маленькая и все понимаю — с раздражением ответила я и поднялась со своего места.
— Постой! — остановил меня граф ложа свою руку на мое запястье — Я кое-что должен тебе отдать.
С этими словами Эдгар отнял конечность и полез во внутренний карман. Я с любопытством наблюдала как из него мужчины достал очень специфическую коробочку, обитую бордовым бархатом.
Ого, мы уже перешли к тому моменту, когда мне дарят драгоценности? А дальше пойдут наряды, кареты типа лимузин и миленькая квартирка в центре Фиармонта? И быть тебе Мира, настоящей содержанкой…
— Не…
— Не отказывайся — остановил мои возражения Эдгар и открыл коробочку где лежал очень симпатичный золотой браслетик с малюсеньким бирюзовым камешком. Сэкономил на мне? Мелькнула иррациональная мысль, но граф продолжил и я устыдилась
— Этот браслет — самый могущественный артефакт, что мне удалось достать за эти дни. Он поможет, защитить тебя, пока мы не найдем врага. Позволишь?
Я послушно протянула руку почувствовав неожиданное облегчение. Все-таки по бабкам он бегал все эти дни, а не по бабам. Но дальнейшие действия Брачинского и вовсе выбели меня из колеи. Очень нежно взяв ладонь в руки он аккуратно одел браслет и приподняв ее оставил короткий, но горячий поцелуй на запястье.
— Мне нужно ненадолго уехать сейчас, но когда вернусь я хотел бы поговорить с тобой, Мира.
Он утверждал, но одновременно и спрашивал меня, а я… Возможно стресс от пережитого или какие-то другие, загадочные обстоятельства так на меня повлияли, но я снова не сказала ни слова против и просто согласно кивнула.
И тут же была вознаграждена сногсшибательной улыбкой и взволнованным:
— До встречи!
Коляска уже давно скрылась за поворотом, а я все стояла посреди двора всматриваясь в пыль дороги.
В груди разливалось тепло, а на душе пели подозрительно довольные птички. В эту идиллию стучал бившийся в истерике мозг, но кто же будет слушать этого брюзгу, когда…
А, собственно говоря, что когда? То что Эдгар красивый и статный мужчина, я знала давно, еще с той самой минуты, как болота показали мне его в видении. Правда, обстоятельства в которых он приехал на мою ферму и первые дни, когда его поведение иначе, как сволочным назвать нельзя было, отбили все очарование. Но вот постепенно его незаметная забота, терпение ко всем выходкам, попытка понравиться мне, угодить и защитить, делала свое тлетворное дело и я начала потихоньку сдаваться.
Симпатия проникала в мое сердце и это было не хорошо. Не хотелось в одни момент оказаться в той же ловушке, что и бедняжечка Мира у которой из оправдания хотя бы была наивность и возраст, а мне уж съевшей не один пуд соли должно быть стыдно.
Поэтому, чтобы разогнать розовые пузыри в груди и неоновые бабочки в голове, я направилась к единственному живому существу в этом мире, что умело мастерски возвращать меня на грешную землю с облаков. Конечно же, к моей монструозной козюле.
