«Правда – это всегда оскорбление или шутка. Ложь обычно изящнее и тоньше. Мы ее любим. Природа лжи – доставлять удовольствие. Правда не озабочена чьим-то удобством».
Артуро Биневски в беседе с Н. С.
«Я чувствую ужас нормальности. Все эти наивные простаки охвачены ужасом от своей собственной заурядности. Они готовы на все, чтобы выделиться из толпы».
Артуро Биневски в беседе с Н. С.
Выдержки из разговора с Лиллиан Биневски – матерью Артуро, – записанного на пленку без ведома собеседника:
Конечно, помню, мистер Сандерсон. Все началось с открытки от моей мамы. Я забыла, какой был праздник. Может, Пасха. Милая открытка, с маленьким стихотворением. Арти всегда общался с публикой, с тех пор как выучился говорить, но когда увидел эту открытку и прочитал стишок… ему тогда было лет шесть… он посмотрел на меня своим сосредоточенным, умненьким взглядом и сказал: «Нормальные это проглотят, Лил». Он называл меня Лил, как его папа. И в тот же вечер, на последнем выступлении, ближе к концу, когда Арти уже подплыл к краю, он улыбнулся залу и прочитал тот стишок. Публике понравилось. Зал взорвался аплодисментами. С тех пор в каждом городе, где мы бывали, я скупала открытки для Арти. Но не любые открытки. Он был очень разборчивым! И всегда выбирал именно то, что понравится публике. Арти знал своего зрителя.
Часто я приходила посмотреть его выступления, и он заставлял плакать даже меня. Арти такой умница, с юных лет.
Погодите! Конечно! Как я могу забыть?! Тот кошмарный городок на побережье. В Орегоне. Как раз перед рождением Цыпы. Это было ужасно, дети так испугались… В нас стрелял какой-то сумасшедший. Вы не представляете, как страшно осознавать, что в мире есть люди, которые при виде твоих детей первым делом хватаются за ружье. После того случая Арти замкнулся в себе. На сцене он оставался прежним, а за кулисами… Стал таким тихим. Цыпа тогда только родился и полностью поглотил все наше время. Да, Цыпа перевернул нашу жизнь.
