Поблизости с малыми всегда располагался кто-то из псов, то ли охранял, то ли, как нянька, следил, как бы чего не случилось. Амур, лежавший до моего прихода неподвижно, потянулся к нам огромной головой. Роман отшатнулся ко мне.
– Рома, боишься? Не бойся, милый, давай знакомиться будем, – я протянула руку к псу, всё понимая, Амур осторожно подполз, – это Амур, Рома. Уумница пёсик, уумница.
Прижимаясь ко мне, Роман несмело протянул ручку к носу собаки.
– Я дедына Бо́яна знаю и не боюсь, – мальчик оглянулся на Стефана и махнул в ту сторону ручкой, – воон он около деды лежит. – Потом коснулся носа Амура и засмеялся. – Мокрый! У Бо́яна тоже нос мокрый! А я сегодня у деды ночевать буду!
Амур легонько лизнул пальчики мальчика.
– Тётя, а если ёлки нет, то Дед Мороз не придёт?
– Ну что ты, милый! Дед Мороз к каждому ребёнку приходит! Ты уже написал ему, какой подарок хочешь получить?
Глаза мальчика начали наполняться слезами.
– Ну что ты, милый? Напишем письмо? А я скорой почтой его отправлю!
Малыш кивнул, и я достала из-под ёлки блокнот желаний с прикреплённым к листикам автоматическим карандашом. Под ёлкой уже появились упакованные в подарочную бумагу коробки, шуршащие свёртки, бархатные и холщовые мешки. Скоро подарки заполнят все подходы к ёлочке.
– Дорогой Дедушка Мороз, – стала я выводить на бумаге, – пишет тебе мальчик Роман. Я хочу…
Ребёнок начал перечислять желания. Заканчивая послание, я приписала:
– А ещё, Дедушка Мороз, я хочу, чтобы мама моя поправилась и больше не болела. Правильно, Рома? – Мальчик кивнул. – Что ещё напишем? – Мальчик молчал. – Всё? – Он вновь кивнул. – Ну, раз всё, поблагодарим и попрощаемся. Спасибо, Дедушка Мороз, за то, что ты исполнил мои просьбы. До свидания. Ну вот. – Я оторвала листок от блокнота. – Рома, позволишь мне отправить письмо?
Мальчик кивнул ещё раз.
Уложив малых спать, я вернулась в гостиную и направилась к Серёже. Он полулежал на диване, водрузив ногу на две, положенные друг на друга, подушки. Как и утром, Кинг вытянулся подле хозяина на полу.
– Пропустишь меня, мальчик? – обратилась я к псу.
Кинг поднялся, уступая дорогу. Убрав подушки, я устроилась на диване, Серёжа положил мне ногу на колени, и я обняла ладошками его пятку.
– Спасибо, что закрыл дыры в бюджете Фонда, – поблагодарила я.
Он молча кивнул. До конца вечера меня никто не беспокоил, и я наслаждалась близостью Серёжи. Маша ещё два раза кормила Анюту, а, отправляя спать, напоила её козьим молоком с мёдом.
Катя пришла в спальню, когда я уже легла и выключила свет. Заглянув в дверь, она радостно сообщила:
– Мама, а мы к тебе на ночь! Примешь?
– Приму, детка! – Я потянулась к светильнику и снова включила свет. – Как Ваня?
– Ваньке сегодня хорошо. – Катя присела на кровать и осторожно легла. – Мы с папой приехали, так Стефан прямо от машины отправил меня гулять с Пашей. А Паша всю дорогу анекдоты рассказывал. Так что и надышались мы с Ванькой, и насмеялись.
Я села, накрыла её ноги одеялом и положила ладони на её живот. Как всегда, Ваня встрепенулся навстречу. «Здравствуй, маленький! Здравствуй, мальчик! Ванечка наш славный!»
Катя засмеялась.
– Ой, мама, кому расскажи, как вы общаетесь, так никто не поверит!
– А зачем надо, чтобы кто-то верил?
Катя погрустнела и отвернулась от меня.
– Что ты, детка?
– Анюту жалко. Ты бы видела, какая она худая! Я сарафан принесла, а Даша с Люсей её как раз раздели. Даша причитать давай: какой красавицей Анюта замуж вышла, и какая стала, начала грозить, что она и муженька её и всю семью его под суд отдаст… пихает Анюту к зеркалу и вопит: «Ты посмотри на себя, посмотри, до чего они тебя довели…» Люся старается так встать, чтобы Анюта себя не видела, а Даша… Кое-как перекричала её, что всё будет хорошо, выгнать бы надо было, да Анюту пожалела.
– Спасибо, Катюша, и что Дашу встряхнула, и Анюту от лишней боли уберегла.
– Мама, как же Эдвард, не видел, что ли?
– Многие мужчины боятся физиологии, считают, что беременность, месячные это женские дела…
– А Стефан?..
– Катя, Анюта через пару дней щёчками зарумянится, а ещё через два дня побежит. Это главное!
– Ты со мной, как я с Дашей… просто я подумала, что это я могла оказаться на месте Анюты.
– Не могла! – отрезала я. Потом спросила: – Одиноко тебе?
Она кивнула.
– Ну-ка, – я сдвинула подушки к изголовью, оперлась на них спиной и протянула к ней руку, – иди ко мне!
Катя неуклюже придвинулась и опустилась головкой ко мне на грудь.
– Вот так. Удобно?
Она опять кивнула.
– Найдёшь ты, Катюша, своего мужчину…
– Мама, я наврала Максу, я встретилась с Даней не случайно. Даня единственный, кто помнит меня. Эдвард забыл сразу. Руслан тоже. А Даня говорит, что не может меня забыть.
– Катя, я могу перечислить больше десятка мужчин, что почтут за счастье, если ты просто обратишь на них внимание. А ты готова отдать себя таким, как Руслан или Даня, только потому, что они что-то там тебе сказали. Ищи свою любовь, Котёнок. Не ищи того, кто полюбит тебя. Ищи того, кого сама полюбишь.
– А кто это? Ну, мужчины, которые…
– Зачем тебе? Если ты их не замечаешь, значит, среди них нет твоего принца.
