После танца девадаси, вслед за последней позой, я легко качнула бедрами, потом ещё раз, переходя к арабскому танцу, повела плечами, вызывая волнение грудей.
Неотрывно следившие за мной, глаза Сергея наполнялись тяжёлым вожделением. Воздух между нами наэлектризовался. Я бесстыдно демонстрировала желание – улыбкой и взглядом, вибрацией грудей и бешеным вращением бёдер я звала его к соитию. Он обхватил меня в тот момент, когда я повернулась к нему спиной. Схватив за подбородок, он повернул к себе моё лицо и впился в губы. Я ахнула, когда он грубо повалил меня на пол и, прижав к полу весом своего тела, прохрипел:
– Займёмся утехами, детка.
Наш оргазм был одновременным и молчаливым. Поток не родился. Нам удалось убить Любовь.
Сергей приподнялся, перекатился на спину и тем же хриплым голосом произнёс:
– Я хотел всё исправить и, кажется, окончательно всё испортил.
После его слов из глаз моих покатились слёзы, будто только и ждали окончательного приговора.
– Ты плачешь? – спросил он.
Я села, хотела встать, он остановил меня, взяв за локоть.
– Лида, прости.
Я кивнула. Поддерживая под локоть, он помог мне подняться и поднялся сам.
– Ложись. Я уйду в кабинет.
Я забралась на кровать, накрылась с головой одеялом и свернулась клубочком. Он постоял какое-то время, потом выключил свет и вышел.
Ночью Сергей несколько раз заходил в спальню, я не слышала шагов, просто чувствовала его присутствие. Постояв некоторое время, он опять уходил.
Горизонт уже начал светлеть, когда я, оплакав унижение, а вместе с ним и рухнувшие надежды, уснула. Разбудили меня поцелуи.
– Маленькая, просыпайся, уже позднее утро. Я отвезу тебя домой.
Я отворачивалась от его губ, он тихо засмеялся, подхватил меня на руки и, прижав к себе, покачал.
– Прости меня, Девочка, за все свои беды прости. За трусость мою, за слабость, за глупость прости.
Выпустил из объятий, улыбаясь, оглядел меня, сердясь на него, я побежала в ванную. Он в спину сказал:
– Собирайся, не торопись. Я в машине буду ждать.
Я привела себя в порядок, потом привела в порядок спальню. С той же целью заглянула в кабинет – Сергей если и спал, то в кресле за рабочим столом, на столе стояла недопитая кружка с кофе, я забрала её и, уходя из кабинета, показала язык оскаленной морде медведя.
Запирая входную дверь, я поздоровалась с молодым мужчиной, выходившим из Машиной квартиры. Мужчина вызвал лифт и, когда он пришёл, заблокировал его, поджидая меня.
– Благодарю. – Проворно проскользнув в кабину мимо него, я спросила: – Снимаете квартиру?
– Да. – Он широко улыбнулся. – А вы тоже?
Я засмеялась.
– Нет. Я тут на одну ночь.
– Жаль. Я подумал, будем соседями. Если ещё раз квартира понадобится, заходите ко мне. Я буду рад.
– Спасибо.
Выходя из подъезда, он придержал передо мной дверь.
– Познакомимся?
Я кивнула и подала руку.
– Лидия.
Он взял мою руку и, охнув, накрыл её второй рукой и произнёс:
– У вас пальцы холодные. – Улыбаясь и рассматривая моё лицо, процитировал: – «Хорошая девочка Лида».
– «Да чем же она хороша?» – продолжила я стихотворение, и мы дружно рассмеялись.
– Я Степан.
– Рада знакомству, Степан.
– Я тоже, Лида. Вы на метро?
– Нет. Меня ждут.
Я показала рукой на Серёжу – раздвинув длинные полы пальто и затолкав руки в карманы брюк, он стоял, опираясь спиной на переднюю дверцу машины, и смотрел на нас.
– А! – Степан выпустил мою руку. – Жаль. – Он грустно улыбнулся и спросил цитатой из какого-то фильма: – «Звёзды никогда не отклоняются от своего пути»?
Я кивнула.
– До свидания, Степан.
– До свидания? Вы дарите мне надежду! До свидания, Лидия.
По дороге домой Сергей не проронил ни звука. Я тоже молчала, отвернувшись к окну, видя и не видя, тысячи раз виденный и изученный до деталей ландшафт.
