Город засыпает…просыпается мафия. Этот мир соблазнов и возможностей, жестокости и порока принадлежит магическим кланам, которые не остановятся ни перед чем, чтобы утвердить свою репутацию. Для Катарины Ларссон, потомственного полицейского, нет ничего важнее долга и чести, но убийство брата переворачивает ее жизнь с ног на голову. Что главнее – закон или справедливость? И что способно удержать человека, всем сердцем жаждущего мести? Может быть, любовь?
– Помогите… Пожалуйста… Скорее!..
Эти три слова Лизбет слышала каждый день своей жизни и почти никогда не знала, кто говорит на том конце провода. В половине случаев звонивший оказывался уже мертв, когда полиция прибывала на место преступления. Но в этот раз все по-другому.
– Сэр, что у вас случилось? Где вы находитесь? – привычно заговорила она, активно жестикулируя, чтобы кто-нибудь из отдела подошел ближе к телефону. Ей необходимо подтверждение догадки.
Глубокой ночью в кабинете уравнителей было трое: сама Лизбет и дежурные детективы, которые немедленно оторвались от игры в шашки и прислушались к разговору.
– Они тащат его в переулок!.. Кажется, он еще жив… О, нет! Нет! Они убивают его! Скорее, приезжайте на угол Двадцать восьмой и Глэдис стрит! – казалось, этот сиплый, пронизывающий голос холодил ухо Лизбет даже через трубку. Светлые волоски на руке девушки встали дыбом от жутковатого присвиста. Подошел Лекс и, перегнувшись через стол, прислушался к динамику. Кивнул, мол, продолжай разговор.
– Сэр, сколько их? – послушно отозвалась Лизбет.
– Кажется, двое… Черт бы вас побрал, быстрее! – Голос сорвался на хрип. Послышалось громкое дыхание, какая-то возня… Лекс выглядел напряженным и вытянутым, как ищейка, взявшая след. «Имя», – прошептал он одними губами.
– Сэр, полиция уже выехала по указанному адресу. Как вас зовут? Сэр?
Короткие гудки.
– Бросил трубку, – констатировала Лизбет, оглядываясь на стену, где вспыхнула энергетическая карта. Точка в районе Глэдис тревожно алела и пульсировала, подобно вскрытой артерии на теле. Толчки с каждой секундой учащались, значит, выброс силы вскоре может достигнуть критических показателей. – Като, Лекс, у нас мощный выброс на Глэдис стрит!
Детектив развернулся навстречу стремительно подходящей напарнице.
– Анонимное сообщение из телефонной будки. Звонивший – лич, – сообщил он, с опаской вглядываясь в ее решительное лицо. – Это может быть ловушкой.
– Тогда какого черта мы все еще здесь? Выезжаем! – не колеблясь, скомандовала Като и пристегнула кобуру револьвера. Она выглядела бледной, взволнованной и трогательно беззащитной без макияжа. Узкое лицо, на котором летом проступали веснушки, пухлые губы и темные волосы, забранные в обычный хвост, придавали невинности. Но никого уже не обманешь такой внешностью. Крошка Кати, как ее ласково окрестили коллеги при поступлении, довольно уверенно взяла быка за рога (точнее, гангстеров за яйца). За три года провела несколько громких арестов, о которых писали в прессе, получила звание сержанта и находилась на хорошем счету у шефа полиции Эрнеста Страйтона. «Крошка» осталась далеко позади, среди выпускных фотографий академии или чашек крепкого кофе, который она, как младшая в отделе, когда-то подавала всем по утрам. Теперь в серо-зеленых, миндалевидных глазах Като блестела закаленная сталь. Но после гибели брата временами она была сама не своя, поэтому Лизбет не смогла смолчать.
– Мы имеем дело с Ризз-ша. Я вызову подкрепление. Пока не приедет группа, даже не думай действовать в одиночку!
– Спасибо, Лиза, – равнодушно, даже холодно ответила Като. Похоже, предупреждение не возымело действия. Когда речь шла о клане магов смерти, плевать она хотела на доводы разума. В такие моменты Лизбет казалось, что сержант готова пожертвовать всем ради мести. Но Макса уже не вернешь… Расследование его убийства – дело чести, если бы только Като могла ждать.
– Будешь снова лезть на рожон, предупреди, чтобы я не совался в эту мясорубку, – проворчал Лекс, доставая табельное из ящика стола.
– Предупреждаю, напарник, – усмехнулась Като и вышла за дверь.
– Ни пуха ни пера! – зачем-то прокричала Лизбет вслед детективам, посматривая на алеющую точку на карте.
– К черту! – донесся уже из коридора недовольный голос Лекса.
Ненавижу Ризз-ша! Тихие ночные охотники, они всегда действуют исподтишка и никогда в открытую, заставляют жертву сначала осознавать и бояться, и лишь затем убивают. Клан смерти – самые опасные хищники бандитских джунглей Сорэйна, но такая жестокость может быть присуща лишь человеку. Их магия способна лечить и даже возвращать к жизни, но они выбрали другой путь. И убили моего брата. Бессильная ярость сжигала изнутри, когда представляла,
