Любовь и мороженое полностью

– Ragazzi! – отчаялась Елена. – Серьезно, пойдем! Мы последовали за ней в узкий дверной проем, и Томас обнял меня за талию, отчего я чуть не впала в экстаз.

Мы вышли в огромный зал, и первое мгновение я не могла ничего разобрать – все мелькало перед глазами. А потом на нас пролился свет прожектора, и БОЖЕ МОЙ!

Громадная комната с высоким, футов в двадцать пять, потолком, кишащая людьми, словно муравейник, только муравьи в дизайнерской одежде. Над полом возвышалось несколько платформ, и многие тусовщики танцевали на высоте в пять футов. А танцевали все. И я говорю не про популярные в Америке движения вроде «катания тележки» и «разбрызгивателя», а настоящие танцы, похожие на занятие любовью на танцполе.

Мама, во что я из-за тебя ввязалась?

– Добро пожаловать в «Космос», – проорал Рен мне в ухо. – Впервые вижу здесь такую толпу. Наверное, потому, что сейчас сезон отпусков.

– Ребята, за мной! – Марко сложил руки перед собой, как пловец, и стал прорезаться через толпу, ведя нас за собой.

– Ciao, bella, – прошипел мне в ухо какой-то парень. Я отшатнулась. Все, кто встречался мне по пути, воняли потом. Жутковатое местечко.

Наконец мы отыскали свободный пятачок где-то посреди зала, и все бросились танцевать. Сразу же. Видимо, им не нужно морально готовиться к тому, чтобы бешено отрываться.

У меня вспотели ладони. Самое время для ободряющего внутреннего монолога. Лина, ты – уверенная в себе девушка, и у тебя все получится. Почему бы не изобразить сексуального бегуна? Или шаманский танец хоки-поки? Только не стой столбом. Ты выглядишь глупо. Тут я нечаянно взглянула на Мими, и ситуация ухудшилась раз так в миллион. Она махала руками над головой и выглядела потрясающе. Круто, сексуально и по-европейски. Мне захотелось спрятаться в норку.

– Ты справишься! – крикнул Рен и показал мне большой палец.

Я съежилась. Нет, надо танцевать. Может, копировать движения Елены? Покачиваться вперед-назад, вилять бедрами. Делать вид, что не чувствуешь себя идиоткой. Я покосилась на Томаса. Он чудаковато переступал ногами, и я чуть не растаяла от умиления – разве он не прелесть! Тоже не умеет танцевать! Наверное, стоило принять его предложение погулять по Флоренции.

Внезапно случилось невероятное. Музыка гремела, отдаваясь у меня в костях и зубах, все вокруг отлично проводили время, и я сама не заметила, как принялась танцевать. Да, именно танцевать. И веселиться. Может, не так бурно, как Рен, который грязно танцевал с Мими, но все же. Диджей поднес микрофон ко рту и проорал что-то на итальянском. В ответ послышались громкие одобрительные возгласы, и все подняли свои бокалы.

– Это мой друг! È mio amico! – закричала Елена.

– Лина, у тебя отлично выходит! – крикнул Рен.

Мими как раз проделывала безумное кручение бедрами, для которого наверняка требовалась нечеловеческая концентрация. Услышав голос Рена, она подняла глаза и бросила на меня холодный, как полярный вихрь, взгляд.

Кажется, я ей не нравлюсь.

Томас подтолкнул меня плечом:

– Бывала когда-нибудь в подобном месте?

– Нет.

– Странно, что в Штатах в такие клубы пускают только после двадцати одного.

Он стоял совсем близко ко мне, и я заметила капельки пота в его волосах. Даже пот у него сексуальный. Я мерзкая, это факт.

Рен высвободился из цепких рук Мими, подошел ко мне и спросил, задыхаясь:

– Веселишься?

– Да.

– Отлично. Я скоро вернусь. – Мими потянула его за руку, и они растворились в толпе.

Томас поморщился:

– Рен очень пристально за тобой следит.

– Это из-за моего папы, который все время его запугивает. Рен боится, что со мной что-нибудь произойдет, а ответственность ляжет на него.

– Что с тобой может произойти? Ты же со мной. Звучит пошло, но я все равно улыбаюсь как идиотка.

Перед Томасом я совершенно не контролирую свои лицевые мышцы.

Он задрал голову и оглядел толпу:

– Вот он где. Общается с Мими.

Я привстала на цыпочки и воспользовалась возможностью положить руку Томасу на плечо. Рен с Мими стояли, прислонившись к стене. Она скрестила руки на груди и выглядела рассерженной. А может, у нее всегда такой взгляд.

– Так они вместе?

– Да. Он сох по ней года два. Похоже, настойчивость окупается.

– Да, – кивнула я.

– Слушай, мне надо позвонить отцу, а потом я возьму что-нибудь попить. Ты будешь?

– Да, спасибо.

Лицо Томаса озарила улыбка, от которой у меня подкашивались ноги, и он тут же исчез в толпе.

– Лина, потанцуй со мной! – Елена схватила меня за руки и закружила. – Что там у вас с Томасом? Атоrе[63]?

– Не знаю, – засмеялась я. – Мы с ним только второй раз видимся.

– Да, но ты ему нравишься. Это заметно. Обычно его никто не интересует, а вчера он спросил у меня, знаю ли я твой номер.