Проклятие! Она выглядела круглой идиоткой в том салуне. И из-за кого? Из-за человека, который путался с проститутками. Карточный шулер! Никчемный тип, который сует нос не в свои дела. Она сама никогда бы не выбрала такого. Неужели она хотела, чтобы ее ребенка воспитывал человек вроде этого? Никогда. Она подпала под его дурное влияние. Нет, только представьте себе — бедняжка Джесси Блэр так влюбилась в этого мужика, что готова простить ему все, даже то, что его пырнули ножом в постели проститутки! Она была рада поскорее убраться из Шайенна.
Ладно, плевать на все! Не стоит думать про то, что кто-то скажет или подумает. Женщины, заимев ребенка вне брака, готовы любым путем заловить его отца. Но этот тип ей не нужен.
В то утро Джесси стало тошнить с того самого момента, как она открыла глаза. Но ее только мутило, потому что она ничего не ела. А теперь, когда сквозь дощатый пол повозки она видела бегущую под колесами дорогу, ей сделалось хуже. Она услышала стон Чейза, но внезапно сама позеленела и застонала. Она так быстро выскочила из повозки, что Чейз стукнулся носом об пол.
Он открыл глаза и тут же быстро зажмурил их. Если бы он лежал на спине, его беспокоили бы только обрывки мыслей в голове. Но поскольку по какой-то неясной причине он лежал на животе и его чертовски трясло, он снова открыл глаза, повернул голову набок и удивился. Он был засунут в деревянный сундук, но , очень странный — с одной стороны он был открытый и виднелось голубое небо, такое яркое, какого он никогда не видел. Его свет ослепил Чейза, и он снова закрыл глаза. Но тряска продолжалась. И его вырвало. Вывернуло наизнанку. Но зато стало чуть легче. Голова слегка прояснилась. Чейз попытался сообразить, что происходит, не открывая глаз, опасаясь слепящего света. Тряска, жесткая, как камень, подстилка, стены в два фута высотой — он никак не мог соединить все вместе.
Чейз через некоторое время снова открыл глаза. Тряска прекратилась. Он и впрямь лежал в сундуке. А потом он вдруг увидел шелковистые черные волосы, белую рубашку и знакомое прекрасное лицо.
— Джесси, — простонал он.
Джесси не только не ответила, но даже не взглянула в его сторону. Ей казалось, что она умирает. Тошнота не прекращалась, хотя желудок был совершенно пуст. Ей было грустно и хотелось плакать. Чейз открыл глаза и попытался приподняться.
— Если ты не собираешься потерять свои кишки, ложись обратно.
Чейз с недоумением посмотрел на нее.
— Ты что, не слышишь?
— Я боюсь… Я… Я не слишком подходящая компания… — удалось выговорить Чейзу, едва ворочая языком.
— Компания, черт побери? — проворчала Джесси. — Мне нужна твоя компания не больше, чем тебе моя. Но, видимо, меня к тебе приклеили.
— Я не.., понимаю…
— Боже мой! Ты ляжешь наконец? Тебе нужен покой. И я не желаю с тобой говорить.
Чейз подумал, что ему бы сейчас не помешала бутылка виски. Но, может, сон избавит его от ужасного похмелья?
Места в повозке было мало, и Джесси хотела устроиться на оставшейся половине одеяла. Она уже не могла сидеть, ее мутило.
Скорчившись на боку, она нехотя вытянула одну ногу, похлопала себя по бедру и сказала:
— Ложись, вот твоя подушка. Несмотря на боль, Чейз улыбнулся.
— Можно, правда?
Она увидела блеск в его глазах, но не рассердилась. Ей даже захотелось рассмеяться. Оба больные, а у него, наверное, еще и температура, а думает все про то же… Вот что значит мужчина!
— Выкинь из головы свои похотливые мысли, Чейз Саммерз. — Она пыталась говорить строго, но в интонации можно было уловить смех. — Если бы мне не надо было прилечь, я бы, конечно, сидела наверху с Билли.
— Билли?
— Да, Билли. Он на козлах. Чейз попытался выглянуть, но свет был такой яркий, что он решил не двигаться.
— На живот, Чейз! — Голос ее стал твердым. — Так велел доктор. Он сморщился.
— Какой еще доктор? — раздраженно проворчал он, не понимая, что она имеет в виду. — Я никогда не сплю на животе, и меня бы не вывернуло, если бы я лежал на спине.
— У меня нет настроения с тобой спорить, черт бы тебя побрал! — разозлилась Джесси. — А теперь ложись на живот или на бок, но только не на спину.
— Почему?
— Если ты не знаешь, значит, ты еще не протрезвел, а я не собираюсь тратить время и объяснять тебе.
Чейз медленно и сердито повернулся на бок. Джесси замолчала. Потом, когда он совсем очухается, она ему выскажет все, что у нее накипело.
Джесси проснулась, пытаясь сообразить, где она. Ах да, это Билли окликнул ее по имени. И он говорит ей, что они почти доехали. Джесси осторожно села, боясь радоваться тому, что желудок не досаждает ей.
Чейз все еще спал. Она потрогала его лоб, он не был горячим. В тот момент, когда она прикоснулась к его лицу, его рука погладила ее по бедру. Джесси уже приготовилась сказать что-то резкое, но потом поняла, что он все еще спит. Она разозлилась, почувствовав, что его прикосновение помимо ее воли возбудило ее. В конце концов, ну почему он так возбуждающе действует на нее? Это же ненормально — испытывать неприязнь к мужчине и в то же время хотеть его.
