– Они ушли, – заметив мое изумление, проговорила Даша, – забрали бутылку свою и ушли.
– К-куда? – только и смогла вымолвить я.
– Наверное, в гараж, – ответила Даша, – они же туда собирались. Я так понимаю, что в этом гараже для них оставлена машина и какое-то снаряжение для выполнения этого загадочного задания, которое дал им этот загадочный шеф, которого никто не видел.
– Правильно, – рассуждаешь проговорила я, – вполне логично... А выезжать они будут, значит, через центральные ворота – больше просто неоткуда...
– Ну, да.
– Мы должны поехать с ними! – воскликнула я довольно громко – слава богу, что никого, кто бы мог нас обнаружить, рядом не было.
– Как мы с ними поедем? – изумилась Даша. – То есть, я хотела спросить – зачем?! Нам ведь нужно разобраться с Катей, и...
– Так нужно, – прервала я ее, – чувствую, что эту парочку нельзя отпускать просто так. И к тому же – мне просто до смерти надоело.
– Что?
– Да все! – воскликнула я. – Вся эта история, в которой я ровно ничего не понимаю... Меня бесит то, что все происходит вне моей воли и понимания. Теперь вот эти двое... Нет, пора кончать с загадками...
– Ладно, – согласилась Даша, – насчет того, что загадок слишком много – это ты прямо в точку попала. А как мы поедем с этими двумя?
– У меня, кажется, что-то наклевывается, – сказала я, – что-то вроде плана...
Голова болела тяжело и мучительно, как будто бы в ней медленно проворачивали скрипучий жернов. Васик долго отмывал засохшую кровь с лица, потом долго сидел в остывающей ванне, уставившись на голубую недвижимую воду у своих ног, упирающихся в холодное и скользкое эмалированное покрытие ванной.
Не дававшая покоя мысль о его сегодняшнем свидании с полуживой Ниной, да еще постоянно давящая дума о Пете отравляла мозг и наполняла свинцовой тяжестью все тело и, казалось, все пространство квартиры Васика.
Неохотно поднявшись из ставшей уже совсем холодной воды и с отвращением растеревшись махровым полотенцем, Васик оделся и вышел на балкон, но выяснилось, что темный воздух за пределами квартиры тягуч и тоже намертво пропитан свинцовыми испарениями.
Васик вернулся в комнату, опустился в кресло и закурил.
«Странно, – подумал он, – состояние такое, будто я схожу с ума... Как будто тысяча безумных теснятся в этой комнате и беззвучно рвут зубами плоть друг друга, но ни одному из них даже и не приходит в голову, что, кроме меня, здесь никого нет»...
На кровати Васика спал смертельно уставший за бессонную ночь Витя. Васик посмотрел на него и снова закрыл глаза. Хоть минуту отдохнуть.
Как только они с Витей поднялись на этаж, где располагалась квартира Васика, дверь квартиры напротив открылась и оттуда показалась соседка Васика престарелая Надежда Ивановна, несмотря на ранний час, нисколько не заспанная.
– К тебе менты приходили, – сообщила Надежда Ивановна Васику, с интересом оглядывая его спутника, которого никогда раньше не видела, – спрашивали где ты... Повестку тебе оставили – велели сегодня явиться к ним.
Соседка указала на клочок бумажки, торчащий в щели Васиковой двери.
– Ага, – сказал Васик на это.
– А еще... – Надежда Ивановна понизила голос до шепота и заговорила быстрее, – сегодня опять пальба была в подъезде. Ментов-то вызвали, а они приехали и ничего не нашли...
– Ага, – сказал Васик, уставший до того, что едва ли понимал, о чем ему говорят.
– А где это тебе опять морду разбили? – поинтересовалась Надежда Ивановна и, не получив на свой вопрос ответа, продолжала:
– Странное дело – пальбу все соседи слышали. И хрипы, и стоны слышали, а никого не нашли убитым. Выйти и посмотреть, что происходит – побоялись, конечно... А что – убьют в запале и все. И никто отвечать не будет... Так никого и не нашли. Засекли, правда, машину какую-то... большую красную, но ничего больше. Машина, как сквозь землю провалилась.
– Ага...
– Так менты и уехали, – закончила Надежда Ивановна, – поругались только. Говорили – из-за ничего вызывают. Говорили – телевизора насмотрелись. Никаких ведь следов не осталось. И никого не видели. Только машину и людей каких-то... мельком. Лиц никто не запомнил.
Надежда Ивановна внимательно посмотрела на Васика и добавила:
– А я вот точно слышала, что стреляли. И крики слышала. А телевизора я не насмотрелась – он у меня еще третьего дня сломался, так что нечего мне тут говорить про телевизор.
– Ага, – снова сказал тогда Васик.
