– Организм молодой, она быстро идет на поправку, – Мария и вправду выглядела очень хорошо. Практически не осталось и следа от всего пережитого. Только взгляд был слегка затравленным. И она не отпускала руку отца. Она боялась, что он снова исчезнет. Олег набрал Криса, тот сообщил, что все без изменений. Из сна Аню будут выводить завтра с утра.
– Но, как я понял, они это будут делать постепенно. Ей, судя по всему, будет больно, и они будут контролировать процесс, чтобы сердце выдержало. Так что, думаю, в себя она придет не раньше обеда. У нее сломано два ребра, и Джессика хорошенько отбила ей почки. А еще нашли разрыв, – на этом Крис слегка запнулся, – но лучше ты сам все у врача узнаешь.
Каждое слово, сказанное Крисом, болью отдавалось в Олеге. Что за разрыв, о котором не смог сказать Крис. Он готов был поехать в больницу прямо сейчас, но дочь крепко держала его за руку, и пришлось остаться. Он сказал Крису, что они приедут завтра, как только дочь выпишут из больницы.
Вечером было готово обследование Марии. Все было в порядке. Сердце нормализовало свою работу, печень еще слегка пошаливала, но врач сказал, что выпишет девочке необходимые лекарства и все будет хорошо. Утром дочь наконец выписали, и они втроем с Дарьей поехали в больницу к Ане. Олег по дороге в больницу попытался, как мог, настроить дочь на то, что она увидит. Маловероятно, что Аня сильно изменилась с того дня, как он ее видел последний раз.
– Папочка, я все выдержу, главное, что она жива. А что случилось? Почему ей так плохо?
– Одна женщина, у которой не все в порядке с головой, планировала убить твою мамочку, – зло прошептала Даша, и Олег чуть не выкинул Дарью из машины прямо на ходу. Мария, широко раскрыв глаза, смотрела на крестную, потом перевела взгляд на Олега.
– Все хорошо. Тети больше нет, и мама быстро поправится, – проговорил он, уничтожая взглядом Дашу, и та впервые не стала ему отвечать, а сидела с очень виноватым лицом. Но потом ее сущность взяла вверх, и она пробормотала едва слышно:
– Вся ее жизнь похожа на хаос с тех пор, как она связалась с тобой.
Олег сделал вид, что не заметил этих слов. Мария крепко обнимала его и тыкалась носом в шею, совсем как ее мама, при этом Мария этим самым носом шмыгала. Олег притянул дочь к себе и крепко обнял. Он не стал ей ничего говорить. Просто дал немножко поплакать, давая понять, что рядом.
В больнице они сразу же прошли к палате Ани и зашли вместе с дочерью. Аня уже не спала – она лежала и слушала Криса. Когда увидела их, ее глаза радостно вспыхнули, и она рванула им навстречу, но тут же, поморщившись от боли, упала обратно на подушку. Мария, увидев, в каком состоянии ее мама, и еще не отойдя от того, что ей сказали в машине, часто задышала и, судя по всему, опять планировала зареветь. Аня протянула ей руку и позвала к себе. Она пулей очутилась около мамы и, вцепившись ей в руку, уперлась лицом прямо в Анину ладонь. Олег видел, что Аня сделала попытку дотянуться второй рукой до дочери, но боль была сильнее, и она откинулась на подушку, явно ругаясь про себя. Крис встал со стула и уступил место Олегу, но туда тут же бухнулась Мария, которая смогла взять себя в руки и стала рассказывать Ане последние новости. Она все время спрашивала, сильно ли ей больно, и, не дожидаясь ответа, продолжала. Причем в основном ее рассказ состоял из того, как тетя Даша постоянно нарушала правила врачей и позволяла это делать Марии. Аня смотрела на дочь и улыбалась, слегка морщась.
Олег так и стоял у порога. Он никак не мог решиться и приблизиться к жене. У него перед глазами стояла картинка, как она лежит на полу, вся избитая. А потом стоит вся в крови, шатающаяся, с пистолетом в руках. Аня, видимо, почувствовала состояние мужа и перевела на него взгляд. Они встретились ими и словно стали говорить друг с другом. Он просил у нее прощения, она говорила ему, что он ни в чем не виноват. Она никогда его ни в чем не винила. Только один раз, когда они искали дочь. Мария, заметив, что мама перестала ее слушать, повернулась к отцу и капризным тоном заявила, что из-за того, что тот не идет к ним, мама совсем ее не слушает. Олег, наконец, смог сделать шаг и подошел к кровати. Он обнял дочь за шею и спросил у Ани, как она себя чувствует.
– Тебе правду сказать? – улыбнулась Аня. – Или пощадить? – и он расслабился от этой ее усмешки. Отпустил дочь, подошел вплотную к кровати и поцеловал жену, стараясь до нее не дотрагиваться.
– Я дождусь, когда ты поправишься, а потом выскажу тебе все, что думаю по поводу твоего непослушания, – прошептал он ей на ухо. Аня сделала удивленное выражение лица, а он ответил ей, улыбаясь:
– Тебе сказали сидеть на скамейке и ждать полицию. А ты взяла и исчезла.
Аня улыбнулась ему в ответ, а потом выражение ее лица изменилось. На нем мелькнул ужас, и она сильно схватила Олега за руку.
