— Вот так сюрприз! — делано улыбнулась Эмили. — А я уж было испугалась!
— Ничего, тебе это пойдет на пользу.
«Что он имеет в виду? Пойдет на пользу…» — В присутствии Скотта Эмили теряла присущую ей ясность мысли и твердость представлений. Когда умираешь от желания, трудно оставаться рассудительной.
Эмили подняла голову и увидела, что Скотт, не отрываясь, смотрит на ее грудь под легкой блузкой, на выступающие из-под легкой ткани соски. Эмили захотелось скрестить руки на груди и спрятаться от его жадных глаз, но она знала, что игры в прятки ни к чему хорошему не приведут. «Пусть не воображает, что я его боюсь! Ему не удастся сбить меня с толку».
— Ты хочешь мне отомстить? — спросила она, когда Скотт наконец отвел глаза.
— Ах, киска, ты слишком высокого мнения о своей персоне, — махнул рукой Скотт. — У меня полно других дел.
— Зачем ты тогда прислал мне тот чертов букет?!
— Я думал, ты догадливее, — ухмыльнулся Скотт.
«Опять он говорит загадками!» — Эмили была так напряжена, что казалось, еще одна такая фраза — и она не выдержит: крикнет, зарыдает в голос.
— Ты хочешь навсегда забыть обо мне? — спросила она.
— Да. Но перед этим я собираюсь получить от тебя кое-что, что ты мне давно должна.
«Должна? Что я могу быть должна ему? Может быть, он имеет в виду последнюю ночь любви. Как это было бы прекрасно…» — Эмили устала жить одна. Почти два года ее жизнь составляла одна лишь работа. Ей нужен мужчина, это совершенно естественно. Но если быть честной с самой собой, то она должна признать: не любой мужчина, а именно Скотт Грирсон.
— Я предлагаю тебе договор, Скотт, — сказала Эмили.
«Это будет наша последняя и самая лучшая ночь. Такая, какой еще не бывало. После мы расстанемся навсегда и забудем друг о друге. Он избавится от меня, а я — от навязчивых мыслей о нем». Но Эмили понимала, что предлагает Скотту последнюю встречу не только ради этого. Расставшись с ним, она потеряла себя. И только этот мужчина мог вернуть ей забытые ощущения.
— Какой же? — спросил Скотт, отпивая еще глоток пива.
— Последняя ночь. Или даже две. Как когда-то.
Огоньки, вспыхнувшие в его глазах, подсказали Эмили, что ее план ему понравился.
— Все будет по-прежнему? Так ведь?
Рука Скотта снова легла на ее шею. Эмили отстранилась, зная, что, если он снова примется ее ласкать, то она позволит ему все. Ведь от одного его поцелуя с ней до сих пор творится такое… Она едва не отдалась ему у всех на глазах!
— Нет, теперь все будет по-другому, — твердо ответила она. — Главной буду я, а не ты.
— Неужели? — задумчиво протянул Скотт, поглаживая ее шею.
«А чего ты ждала? — обратилась к себе Эмили. — Скотт не из тех мужчин, что уступают. Почему он должен был уступить сейчас?»
— Что ты предлагаешь? — спросила она.
— Пусть все решает судьба! — воскликнул Скот, скрестив руки на груди.
— В каком смысле? — не поняла Эмили. «Что за игру он затеял?»
— В смысле того, что приказывать будет тот из нас, кто сумеет одержать верх в деле Хэриета. Ведь ты, кажется, собираешься писать о нем сокрушительную статью. Так вот, я постараюсь доказать, что все обвинения против него — чистой воды ложь. И я сделаю это, можешь не сомневаться. Ты согласна на такое пари?
Скотт посмотрел на Эмили в упор: «Пусть эти две ночи, которые мы проведем вместе в последний раз, заставят тебя снова стать такой же, какой ты когда-то была. Я смогу пробудить в тебе прежние чувства, а потом брошу тебя, навсегда покончив с сожалениями о прошлом. И это будет отличной местью!»
Скотт был уверен, что выиграет это чертово пари — потому что хотел быть ее господином. Первое, что он сделает, — это сдерет с нее унылый деловой костюм, оставит совершенно обнаженной. Да, именно, совсем голой, только на шее у нее будет нитка дешевых бус.
Эмили достала кошелек и положила деньги на стол:
— Прекрасно; Тогда я, пожалуй, пойду.
— Что за спешка? — удивился Скотт.
— Мне нужно поработать над статьей. Женщина посмотрела на него умоляюще, точно пощады просила.
— Ты слишком много работаешь, — неодобрительно заметил Скотт.
— С чего ты взял?
— Плохо выглядишь, — покачал он головой. — Бледная, круги под глазами. Ты переутомилась.
— С чего вдруг ты стал таким заботливым? — фыркнула Эмили.
— Хочу, чтобы ты в ту последнюю ночь выглядела на все сто. И не более того. А унылая бледная немочь мне не нужна. Ты же знаешь, я люблю красивых женщин.
«Какая же он все-таки сволочь!» — про себя воскликнула Эмили, а вслух сказала только:
— Неужели я для тебя всегда была только красивым телом?
— Ты прекрасно знаешь, что это было не так. Мне нужно не только твое тело, но и твои чувства.
— Ты многого не можешь понять, Скотт.
— Но я понимаю, что подтолкнуло тебя к разрыву. Ты всегда была эгоисткой, помешанной на карьере и деньгах.
Чувственные огоньки в глазах Скотта угасли, возбуждение сменилось злобой: «К чему этот разговор о том, что уже никогда не вернется? Какая разница, почему мы расстались? Теперь это не должно иметь никакого значения».
— Так я, по-твоему, алчная карьеристка? Я люблю только деньги? — оскорбилась Эмили.
— Я слишком тебя уважаю, чтобы высказать все, что я о тебе думаю.
