Нравится мне этот Ролли.
Грейсон переводит взгляд с мамы на меня.
– У тебя есть клиент? Кто?
Не уверена, станет ли Шейн разрывать контракт с «Сафией», когда я уйду, но он сказал, что наймет меня, так что, возможно, речь идет о будущей работе.
– Для начала – ферма Шейна Беннета.
Лицо мамы искажает гримаса отвращения. Уж не знаю, что ей сильнее режет слух – упоминание Шейна или слово «ферма».
– Ах да, я и забыла, что у его семьи ферма, – фыркает мама.
Видимо, и то и другое.
– Он разработал концепцию ресторана, объединенного с кинотеатром, и планирует создать сеть подобных заведений. Первый такой ресторан откроется как раз на ферме. Там очень здорово. И рядом – город Лапорте, туристический центр.
Я отпиваю чай. Сердце выстукивает неровный ритм.
– Люблю фермы, – замечает Ролли. – И вообще всякую живность. Там есть лошади? Такие умные животные!
– Как же ты собираешься зарабатывать, если у тебя всего один клиент, Кензи? – Грейсон поворачивается к папе. – Это неразумно.
Официантка подливает вина в бокал тети Греты.
– Спасибо, – благодарит тетя Грета и обращается к Ролли: – Свиньи умнее, между прочим. Хотя, по-моему, у них на ферме вообще нет животных, Рол.
– Уверен, что в качестве первого клиента ресторана «Керидж-Хаус» для начала вполне достаточно, – отвечает папа Грейсону. – А еще она может разрабатывать графический дизайн для моих спа-салонов.
– Правда? – радуюсь я.
Он кивает.
– Только учти, я надеюсь на хорошую скидку.
Ролли снова вытирает рот, теперь розовой салфеткой.
– А вы знаете, что свиньи на самом деле чистюли? Их совершенно напрасно оклеветали.
Мама притихла. Ее не убедишь, что она была не права. Нет смысла и пытаться. Да и зачем? Все равно ее не переделать.
Но я могу изменить свое отношение к ней.
– Отличный праздник, мам. – Пусть даже он устроен с ошибочным намерением. – Очень красивое оформление.
– Я и не говорила, что они грязнули, Ролли, я только сказала, что они умные. Свиньи, я имею в виду, – заявляет тетя Грета.
Ледяное выражение на мамином лице от моего комплимента сразу тает. В этом вся мама. Картинка для нее – главное. Так уж она видит мир.
Я вижу его иначе.
– О, спасибо, – улыбается она. – Приятно, что ты заметила. Я сомневалась в выборе горячего – курицу или рыбу…
Ролли наклоняется ко мне.
– А куры у них есть?
Ловлю на себе взгляд Рен. Она едва заметно усмехается, и я улыбаюсь в ответ. Мы явно думаем об одном и том же. Они все немного сумасшедшие. Но они – наша семья. И, в конце концов, это единственное, что имеет значение.
В фильме «Из 13 в 30» Дженна, персонаж Дженнифер Гарнер, мечтает поскорее стать взрослой, повторяя про себя журнальный заголовок: «Тридцать лет. Успех и расцвет». С помощью волшебной пыльцы ее желание исполняется, однако все происходит не совсем так, как она надеялась. Зато она получает возможность все исправить. Второй дубль.
Мне не совсем тридцать, и мою жизнь успешной не назовешь. Но, как и у Дженны Ринк, у меня есть возможность все начать заново.
Я все-таки получила свой второй дубль.
И для этого вовсе не нужна волшебная пыльца. Требуется лишь мужество.
Рен и Грейсон сидят в окружении красивых свертков, перевязанных розовыми и голубыми ленточками. Они открывают подарки от родных и друзей, а гости наслаждаются мини-десертами, наблюдая за процессом. При виде детских вещичек легкая боль пронзает мне грудь.
Бетани Чезавит вручает Рен мамин подарок. Он не завернут. Мама хлопает в ладоши, обрадованная реакцией невестки. Это сумка для подгузников от Гуччи, о которой мама мне рассказывала.
– Спасибо, матушка Шоу! – со слезами на глазах благодарит Рен, и они обнимаются.
Все вокруг обсуждают щедрость моей мамы, ее хороший вкус и заботливость. Сумка идет по рукам, народ рассматривает ее и ахает от восторга. И мне это приятно.
Следующий подарок завернут в зеленую бумагу с рисунком из крошечных зонтиков.
– Подарок от Эшлин, – читает Рен и разворачивает упаковку. Осторожно вытряхивает на руку предмет из коробки. – О, копилка. – Это серебряная черепаха. – Как мило, Эшлин. Спасибо.
Я застываю в ужасе. Я ведь сняла копилку с регистрации. Ну, может, черепаха просто приглянулась самой Эшлин.
Следом… опять копилка. На этот раз керамический медвежонок. Я уверена, что не добавляла его в список. Он даже не симпатичный.
– Их никогда не бывает слишком много, – говорит Рен, растягивая губы в неубедительной улыбке. И с каждым подарком ее улыбка становится все более искусственной.
Громкий, тяжелый вздох вырывается из моей груди. Украдкой смотрю на тетю Грету. Она отвечает недоуменным взглядом. Я пантомимой показываю, что добавляла подарки в список Рен, но потом их оттуда удалила.
– Что? – шепчет она через стол.
Рен открывает следующую коробку и достает оттуда… вешалки. Пластмассовые детские вешалки. Сердце у меня проваливается в желудок. На секунду на лице Рен возникает гримаса ужаса.
Но затем она… улыбается? Нет, по-прежнему в ужасе.
