"Добрыми намерениями вымощена дорога в ад" -так высказывалась моя прабабкапо маминой линии и была права!
Гардова Е.В.
Любовь хамелеона
ЧАСТЬ 1.
ПУТЬ НА ЭТИЭРУ
"Добрыми намерениями вымощена дорога в ад" -
так высказывалась моя прабабка
по маминой линии и была права!
Перед тем, как выйти из женского туалета космопорта "Дайв-лин-рук", бросила последний взгляд на свое отражение в зеркале, чтобы убедиться, не потекла ли суперстойкая тушь от невыносимой жары. Реклама, как всегда, преувеличила, или ее производители не предполагали, что тушь могут пользовать при сорокаградусной жаре. Протяжно вздохнула, подставляя руки под сенсорный кран, и решительно смыла макияж с лица. Все надоело! Макияж, эта жара, рейс, который опять задерживается, рафинированные аборигены знойной планеты Дайв-Лин. Но больше всего, что заставляло меня молча скрипеть зубами, это мой покладистый характер и моя начальница!
Эта знойная планета, на которой посчастливилось оказаться доверчивой дуре, вроде меня, вошла в состав Межкосмического Альянса "Триада" последней из двеннадцати. Первыми планетами, принявшими Декрет о вступлении в Альянс, стали Земля из Солнечной системы в галактике Млечного пути, Террида, расположенная в туманности Ориона, и Торнагар, от которой до Земли было всего шестьсот световых лет. Кстати, последняя была открыта землянами в двадцать первом веке, и звалась она тогда Глория.
Рассматривая свое отражение в зеркале, я невольно поморщилась. Мое лицо без грима было слишком обычным. Встреться со мною в толчее людей, вряд ли запомнишь. Не красавица и не дурнушка, так, нечто среднее - пограничное состояние, но уж если грамотно наложить грим и макияж, то я могла стать кем угодно, от самой гейши Мей Лин, о которой слагали легенды на планете Киа-само, до ...ну, хотя бы, великой и знаменитой актрисы виртуальной киноиндустрии, Дивы Мари Солано. Даже мое имя было обычным, пресным и ужасно скучным - Тина. Как та, что плавает по берегам заброшенных озер и рек. Тина Славко. И как вам? Правда, ужас?
И именно моя внешность и послужила той самой отправной точкой, из-за которой я и оказалась на этой забытой Богом планете. Две недели назад первому помощнику дивы Мари Солано, то есть мне, было сделано заманчивое и очень опасное предложение, стать двойником кинодивы, и отправиться вместо нее в путешествие по планетам Альянса с благотворительной миссией помощи домам ребенка. В общем, сама Дива должна была появиться в сотне приютов и домов ребенка, при этом позировать для всех репортеров и журналистов, которые мотались следом за нею, подарить детям перед камерами кучу подарков, и улыбаться, не произнося ни слова. Потому как компании, которые поставляли для благотворительной акции игрушки, просто разорились бы, если бы Дива еще и рот открыла. Реклама - дорогое удовольствие.
Показав своему отражению в зеркале язык, я снова начала наносить грим на лицо, хотя мне очень хотелось выйти из туалета, сесть на любой пассажирский корабль и дать деру. Жара меня просто доканывала. Однако я была не в силах отказаться от суммы кредитов, обещанных по контракту с Дивой. Правда, можно было бы обойтись и уплаченным авансом, но тогда с работой тоже пришлось бы расстаться. Подкрасив губы красной помадой и наложив румяна, полюбовалось. Да, похожа, и дивно, как хороша. Жаль только, что под этим гримом скрывается заурядное лицо настоящего романтика. Вздохнув и бросив раздраженный взгляд на Диву, уставившуюся на меня из зеркала с не меньшим раздражением, я подхватила свою сумочку и процокала каблучками по кафельному полу.
В зале ожидания ко мне подскочила продюсер Лика Миронова и завопила, что рейс объявили уже минут десять назад, и где меня носит. Почти бегом мы отправились к посадочному шлюзу, где нас уже ждал весь аппарат кинодивы, от личного диетолога до мейкапера, больше сотни журналистов и просто фанаты. Я улыбалась и махала ручкой, входя в шлюз. Затем едва ли не бегом припустила к стартовому боккеру, транспортирующему отбывающих с планеты на космический лайнер, зависший на орбите Дайв-Лин и прошедший дозаправку топливом. Одно радовало, что на лайнере меня ждали душ и лучший мартини.
Освежившись в номере-люксе кинодивы, доползла до широкой кровати, застеленной потрясающим постельным бельем из торнагарского шелка, и упала с закрытыми глазами поверх покрывала. Через какое-то время посмотрела на зеркальный потолок и скривилась. Все тот же макияж! Как ты меня достал! Две недели я не принадлежу самой себе, с чужим лицом, но, что ж греха таить, с полной мошной кредитов. Осталось посетить последние две планеты, как их там, я слегка наморщила свой лобик, испытывая извращенное удовольствие корчить рожи на лице Дивы... Ах да, тот самый Торнагар, на шелках которого я возлежу, и Истран.
