В опустевшем дворе юноша долго стоял, не двигаясь. Затем достал деревянный меч и попробовал упражняться. Однако надолго его не хватило: уже после нескольких взмахов он отшвырнул меч, сел на большой камень и обхватил голову руками.
Сан так и не поднялась, сердце ее разрывалось от боли. Она вспоминала, как Лин пустым взглядом смотрел на стражников, уводивших девиц; как смертельно побледнело его лицо, когда чуть раньше она сказала, что несчастье может коснуться и его семьи. Только теперь ей открылось, что он при этом почувствовал.
Она с усилием поднялась и выглянула во двор. Лин сидел на камне и казался таким беспомощным и одиноким, что боль с новой силой пронзила ее сердце. Уж лучше ей самой отправиться в Юань! Ее разум захлестнула обжигающая волна ненависти. Она ненавидела отца, бесчестным путем сумевшего ее уберечь; ненавидела евнухов, за взятку переубедивших королеву; ненавидела саму королеву, послушавшую их советов; ненавидела даже Вона, который ни о чем не ведал. А еще она ненавидела Лина, потому что тот держал все в себе и не просил помощи наследного принца.
На плохо слушающихся ногах она медленно подошла к Лину. Тот так и сидел, обхватив руками голову, и заметил ее только тогда, когда в поле его зрения возникли черные кожаные туфли Сан.
– Едем в Пхёнджу, – сказала она.
Взглянув на нее, Лин печально улыбнулся и отвел глаза. Сан проследила за его взглядом и встала так, чтобы Лин опять ее видел.
– Мы доберемся туда вместе, найдем Вона и…
– Сан, отправляйся домой. Сейчас же.
Как всегда, его голос был спокойным и мягким, но Сан заметила, что губы Лина искусаны до крови. К ее глазам подступили горячие слезы.
– Это мне предназначено ехать в Юань, и я поеду.
– Сан, о каком предназначении ты говоришь? Не важно, кого именно хотела забрать королева. Она просто везет хану живую дань.
– Но если бы не отец, твоя сестра…
– Ни ты, ни твой отец, ни даже наследный принц не в ответе! – вскочив на ноги, вдруг прокричал Лин. – Выбор был за королевой, и она его сделала. Не вини себя и забудь об этом!
От неожиданности Сан отшатнулась. Увидев страх в ее глазах, Лин изменился в лице и отвернулся. Сан впервые видела его в таком гневе, и слезы жалости потекли по ее щекам.
Наспех стерев их, Сан ответила севшим голосом:
– Я так не смогу. Всю оставшуюся жизнь я буду мучиться чувством вины. Если ты не едешь, я отправляюсь в Пхёнджу одна.
Она развернулась и пошла к воротам, но не успела сделать и нескольких шагов, как Лин схватил ее за плечо, грубо толкнул к дереву и прижал к стволу с такой силой, что она едва могла шевельнуться.
– Твое чувство вины не самая важная вещь на свете! Я не хочу заставлять его высочество выбирать между тобой и моей сестрой! Разве ты не понимаешь, что каким бы ни был его выбор, он причинит ему страшную боль? Оставь это, Сан, сколько раз тебе говорить!
Кора дерева впивалась ей в спину, плечо пульсировало болью, но сильнее всего ранило то, что Лин прежде всего думал о чувствах наследного принца, тогда как ее собственные чувства не имели для него никакого значения.
«Он готов смириться с отправкой сестры в Юань просто из опасения, что наследный принц поссорится с королевой, так стоит ли удивляться его равнодушию к тому, что чувствую я?»
Из глаз девушки хлынули слезы.
Лин тут же ослабил напор и убрал едва заметно дрогнувшую руку с ее плеча.
– Прости меня, Сан. Я злюсь вовсе не на тебя…
От этих слов Сан заплакала еще горше. Не зная, что предпринять, Лин нерешительно поднял руку, коснулся ее лица и нежно вытер сначала одну, а потом вторую щеку, но это не помогло.
Он почти с мольбой опять обратился к ней:
– Сан, когда девушку из знатной семьи отправляют в Юань, все родители поступают так же, как твой отец, то есть делают все, чтобы ее спасти. Если ты думаешь, что мой отец и старшие братья ничего не предпринимали, то ты ошибаешься. Ее величество забрала Тан из-за родства с принцессой Чонхва, и ты здесь совсем ни при чем. Конечно же, я понимаю, что ты сильно переживаешь, и не в твоем характере отступать, но я очень прошу тебя: вытерпи один этот раз.
– Не могу, потому что она твоя сестра! Сестра моего друга! Если я отступлю, нашей дружбе придет конец! – выкрикнула Сан, уже не владея собой.
Ей казалось, что лучше отправиться в Юань и больше никогда не увидеть Лина, чем остаться рядом с ним и знать, что вместо нее к монголам попала его сестра.
Но Лин покачал головой.
– Нет, – тихо ответил он, взглянув ей прямо в глаза. – Наша общая дружба не пострадает. И я хочу, чтобы ты знала: если выбирать между вами двумя пришлось бы мне, в Юань все равно отправилась бы моя сестра.
– Что?.. Твоя сестра?.. Но почему?!
Глаза Сан стали огромными. Лин ответил не сразу.
– Потому что его высочество… очень тебя ценит.
