Данное произведение — не столько для тех, кто увлечен рыбной ловлей, сколько для ценителей юмора и образной русской речи. Большая часть книги содержит байки и забавные истории, как бы рассказанные у костра или в палатке. Кое-что полезное найдет здесь как начинающий рыболов, так и мастер блесны и поплавка.
Брякин Валерий Владимирович, кандидат филологических наук, автор научных работ по языку Михаила Зощенко, уголовному жаргону, языковой игре и др. Публиковался в журналах «Рыбалка на Руси» и «Рыбачьте с нами». Имеет свой канал на Яндекс Дзене «Рыбацкие приколы и не только». За сорок лет вузовского стажа и шестьдесят лет рыболовной практики так окончательно и не определившийся, какая из профессий для него — главная.
Посвящается моей жене, Разаевой Людмиле Александровне, перечистившей тонну рыбы и безропотно сносившей мои рыбацкие загулы.
Притча о старом рыбаке (вместо эпиграфа)
Один старик очень любил рыбалку. Но каждый раз, когда он приезжал на реку, сильно огорчался, видя захламленные берега. Тогда, прежде чем забросить удочку, он брал большой мешок и наполнял его мусором.
Как-то раз старик участвовал в соревнованиях по ловле щуки. После сигнала все рыболовы побежали к воде, а он остался собирать брошенные ими банки, коробки, пакеты… Наконец он пошел к пруду, но там тоже увидел кучи всякого хлама. И он снова стал наводить порядок, наполняя доверху свой мешок. Разувшись, зашел в воду и долго вытаскивал старую автомобильную покрышку, наполовину утонувшую в иле. Рыбаки наблюдали за стариком и стучали пальцем по виску.
Между тем соревнования заканчивались. За оставшееся время деду удалось только несколько раз забросить спиннинг, и, конечно же, он ничего не поймал.
А когда шло награждение и все аплодировали победителю, солнечный луч, отраженный от его медальки, пробежал по лысине старика, подсветив венчик его седых волос.
Рыбацкие казусы
Очевидное — невероятное. Казус № 1
Жизнь вообще удивительна и непредсказуема. Рыбацкая жизнь — тем более. Порой подкинет такой казус, который сразу просится в анекдот, каковых на тему рыбалки нет числа. Со мной такие небылицы, которые, впрочем, являются истинной правдой, случались не раз. И вот первая из них.
Холодное осеннее утро. В предвкушении щучьих рывков и в легком взбадривающем мандраже накачиваю лодку, не забывая при этом сделать всё тип-топ. Спиннинг по правую руку, подсак под левую, пластиковое ведро для будущего улова — в лодку за спину. Не забываю даже, чтобы не пачкать тару щучьими «соплями», уложить туда пакет для мусора. Короче, все о’кей, можно заплывать.
На воде выбираю перспективную точку и делаю первый заброс. Пока идет проводка, лодку свежий утренний бриз прижимает к берегу, поросшему невысоким камышом. Я этого не замечаю, ибо увлечен твичингом. Как только лодка коснулась прибрежной зеленки, вдруг сзади — всплеск и подозрительный шум. Оборачиваюсь и — не верю своим глазам. В моем ведре бьется обалдевший не меньше меня килограммовый щукарь!
Думается, лодка стала прижимать его, досматривающего последний щучий сон, к берегу, а он с испугу сделал свечу и был самозатарен в ведро и самоупакован в полиэтилен. Хотите верьте, хотите нет.
Очевидное — невероятное. Казус № 2
В холодный осенний день я отправился на рыбалку. По заданию любимой жены. Поймай, мол, золотую рыбку, да покрупнее. А рыбка не ловится. Ни золотая, ни серебряная. Кто думает, что это и есть казус, то он сильно ошибается. Это почти норма, а казус впереди.
Итак, сижу я грустный и думаю о том, что жена задумала большого карпа духовке его запечь, а «крокодил» не ловится. В результате страдает мой рыбацкий авторитет и обеденное меню.
Я было собрался сматываться, но тут поплавок чуть приподнялся и уверенно наискосок пошел вглубь. Подсечка — и леска запела на ветру в унисон радостной музыке в моей душе.
Ну, теперь только не уйди! А сорваться он мог запросто: экземпляр попался упорный. Ото дна отрываться не желал, да к тому же я забыл положить подсак в лодку. Проклиная свою промашку, я таскал карпа вокруг лодки (или он меня?) минут пять. Но наконец я завел ладонь под брюхо трехкилограммовому зеркальному красавцу — а в этот момент уставшая рыба обычно замирает, как бы прислушиваясь к новым ощущениям, — и перевалил его в лодку. Ура! Засунув рыбу в мешок, я посидел еще с полчаса — а что, а вдруг! — и смотал удочки окончательно.
На берегу я решил угодить жене еще больше и почистить рыбу. Положил карпа на мосток, поскреб, выпотрошил и опустил в воду для последнего омовения. И тут уснувший, казалось, навеки и почти разделанный карп мощным движением вырвался из моих рук и шустро ушел под воду. Мое рыбацкое счастье превратилось в нечто противоположное. Кто-то, конечно, догадался: вот он, казус! И снова ошибся. Это была только его первая часть. А вот вам вторая.
Пока я стоял на краю мостка в скорби и печали, вдруг мой полуфабрикат всплыл метров в десяти. Медленно повиливая хвостом, он подплыл к мостку и, как верных пес, уткнулся носом в мою подставленную ладонь. Хотите верьте, хотите нет.
Очевидное — невероятное. Казус № 3
