Настю ждет путешествие на Алтай, которое она уже давно планировала вместе со своей подругой. Но чем оно может обернуться, если у Насти выявили серьезное заболевание, а их гид положил на нее глаз?
Елена Фольтерн
Любовь на Алтае
(основано на реальных событиях)
2024 г.
Глава 1. Москва
Стою, одной рукой взявшись за поручень автобуса с такой силой, будто он сейчас поедет не по асфальту, а взлетит в воздух, точно самолет. Другой поглаживаю живот, успокаивая себя. Алена, моя подруга, улыбается, расслабленно стоит у окна и смотрит на самый красивый закат в мире – закат в аэропорту Шереметьево. Ей и невдомек, какое паническое состояние у меня сейчас внутри.
А люди все прибывают и прибывают в автобус, заполняя все его уголки, вешаясь на все его поручни и устало опираясь о стенки. Для многих, судя по всему, полеты на большие расстояния – обычное дело. Однако я сегодня совершу полет в первый раз в жизни, и от страха высоты все сильнее сводит скулы.
Положение осложняется и тем, что у меня большая опухоль, которая поселилась прямо в животе, и тряска мне не рекомендована. Врач, который на прошлой неделе провел процедуру УЗИ, рассматривая мой живот, сначала радостно причмокивал и возбужденно говорил “Хорошо” и “Очень хорошо”. А потом, вопреки его словам, оказалось, что ничего хорошего мне не светит. Что у меня сложный диагноз в мои двадцать пять лет и мне показана операция (“Нет, девушка, консервативное лечение не даст результатов!”). Экстренная госпитализация не потребовалась, но вопрос нужно было решить в самое ближайшее время, что грозило поставить крест на нашей туристической поездке на Алтай, которую мы с подругой планировали уже более полугода.
Когда доктор озвучила мне неутешительный диагноз, я держалась, как могла, проявив героическую силу духа. Но выйдя на улицу сразу после приема, почувствовала, как горячие слезы непроизвольно текут по щекам. Я никак не могла контролировать этот процесс, как ни старалась! В таким моменты возникают вопросы к себе и к Богу: мол, а как же я? А как же моя вера во всесильные чудеса и могущество Господа, в справедливость и доброту? Я же никогда даже плохих поступков не совершала… Ну, может, и были какие-то косяки… Но не такие серьезные, чтобы наказывать меня так сразу. Бог, наверное, слышал меня, но был весьма молчалив и не ответил ни на одну из моих придуманных молитв, сколько глаза и руки не поднимались в небеса.
На следующий день после постановки диагноза я отпросилась с работы и несколько дней провела в кровати в обнимку с телефоном. Лежала и гуглила возможные варианты своего диагноза, как сделал бы каждый человек на моем месте. Диагнозы пестрили разными (преимущественно негативными) вариантами развития событий, что только вселяло в меня вселенский ужас и заставляло заедать стресс мороженным с соленой карамелью.
Лежа в позе амебы, я пыталась понять, болит у меня опухоль или нет, злокачественная она или дает мне шанс на минимальные потери. Но после того, как врач поставил мне диагноз, было ощущение, что каждая моя клеточка немного больна, и я не могла точно идентифицировать свои ощущения и психосоматику. К тому же, меня пугала сама перспектива операции, которой у меня и членов моей семьи никогда не было. Было страшно не только испытать боль, но и погрузиться в полную неизвестность, доверив свою судьбу посторонним людям.
После объедания углеводами я, как правило, звонила подруге и кричала в трубку, что умираю, и мы никуда не едем. По вечерам она приходила ко мне, чтобы посмотреть на мое состояние и заодно закинуть в “клетку с драконом” очередное ведро с мороженым, которое исчезало через 10 минут. Спустя неделю такой диеты мне стало казаться, что я состою из мороженого, а мой желудок недовольно урчал, встречая новую порцию холодного лакомства.
В один из вечером Алена пришла ко мне в квартиру и с порога громко сказала:
– Хватит!
Я удивленно приподняла голову, лежа на кровати.
– Что хватит?
– Хватит лежать тут и страдать! – невесомая, как облачно, она в воздушном сиреневом платье на каблуках не прошла, а буквально проплыла в мою комнату. Я бросила на нее возмущенно-завистливый взгляд из-за того, что она не сняла обувь, а также посмела демонстрировать свою восхитительную фигуру. Да, мне с моим пятьдесят вторым размером было немного грустно смотреть на ее стройные формы. Но возмущаться я не стала. Просто не было сил.
Алена взяла стул и села напротив меня, окинув глазами хаос в моей небольшой однокомнатной квартирке. Но на бардак вокруг мне было плевать, когда он сейчас царил внутри меня.
– А что ты предлагаешь? – пожала я плечами. – Налить тебе кофе?
– Какой кофе? – она взяла за руку и потрясла меня.
– Черный… – немного растерявшись, ответила я – можно с сахаром или без…
