— А если вспомнить!.. Вы спите с этим человеком? — Макар ткнул пальцем в Берестова точно так же, как она только что показывала ему на калитку.
— Э-э…
— Ну что ж, я вам не верю.
— Да, между нами… Олег ходит ко мне… — низко-низко опустила голову Варвара.
— А пистолет?
Голова резко поднялась и стрельнула взглядом в Берестова.
— А ведь ты тогда на чердаке прятался, когда Олег приезжал!
— И что?
— И пистолет взял!
— Ты дура?
— И жениться на мне собирался.
— Да я в шутку говорил, — захлопал глазами Берестов. — Позлить тебя, идиотку, хотел!
— Кто идиотка?
— Да ты мне даром не нужна. Я к тебе как в сортир хожу, чисто отлить.
Макар ударил молниеносно, точно в «солнышко». Берестов и понять ничего не успел, как стоял уже на коленях, сгибаясь в поясе.
— Извини, отлить захотелось. В граните.
— Скотина ты, Берестов! — выпалила Варвара.
— Сука! — огрызнулся тот.
— Давай, собирайся, Берестов, — снимая с пояса наручники, сказал Макар.
— Куда собираться? — медленно поднимаясь, простонал мужчина.
— Показания давать.
— А как же частный случай?
— Я передумал.
— А я нет! — Берестов вдруг пришел в движение.
Резко пошел на сближение с Макаром и провел короткий удар локтем. И ведь ударил. И даже попал. От сильного сотрясения в голове у Макара зазвенело. К счастью, рефлексы не подвели. Удар по ногам уронил Берестова на спину, а кулаком в живот — заставил повернуться на бок. Следующий удар повернул его на живот, осталось только заломить руки за спину. Берестов не сопротивлялся.
— Я ничего не делал! — мотнул он головой.
Макар не торопился его поднимать.
— А вы что стоите? — он посмотрел на Мельникову.
— А что мне делать? — испуганно спросила она.
— Тоже собирайтесь.
— Но я же ничего не делала!
— Откуда я знаю?
— Но это правда!.. Вы же слышали!..
— Что я слышал?
— Ну как он меня обзывал, — Мельникова резко подалась к Берестову, как будто собиралась пнуть его.
— Где вы были в ночь на восьмое августа? — резко спросил Макар.
Не собирался он везти Мельникову в отдел, во всяком случае пока.
— Где я была?… Дома была!
— С кем?
— Одна.
— А где был Берестов?
— Не знаю.
— Вы видели, как он покидал пределы своего двора?
— Нет, не видела…
— Хорошенько подумайте.
— Да не могла она видеть, — пытаясь подняться с земли, пробубнил Берестов. — Дома я был.
— Кто может это подтвердить?
— Моя жена.
Жену Берестова вызывать не пришлось, она сама подъехала к калитке, со стуком открыла ее. Приближаясь к ней, Макар вынул телефон. Ворошилову нужно звонить: ситуация усложняется, без подстраховки уже неуютно.
— Что здесь происходит? — тонким плачущим голосом спросила женщина с детским, как могло показаться, лицом.
Маленькая голова, маленькое лицо, не успевшие оформиться черты. Возможно, после давней аварии Елена перестала развиваться — как минимум физически. Не росла, и лицо осталось девичьим. Только все равно возраст чувствовался. Не совсем она молодая, за тридцать ей точно.
— Да вот, мужа вашего чаем угощаем, — усмехнулся Макар.
— Лена, где я был ночью восьмого августа? — спросил Берестов.
Он уже смог подняться на ноги, но подойти к жене Макар ему не позволил. И сама она подойти не могла, потому как находилась в инвалидной коляске. Ни подняться ей, ни проехать: путь перегораживал высокий фундамент забора.
— Восьмого августа?
Пока Берестова вспоминала, Макар позвонил Ворошилову и в двух словах объяснил ситуацию. А Мельниковой велел посадить на цепь собаку и открыть калитку. Контролировать он ее не мог, но особо за нее не волновался. Если вдруг сбежит, значит, рыльце в пушку. А чтобы Варвара не смогла далеко уйти, он забрал у нее ключи от машины.
— Вспомнили? — спросил Макар.
— У тебя еще спина разболелась, — подсказал Берестов.
— Да, да, Катя приходила, а спина все равно болела, — кивнула Лена.
— Кто такая Катя? — на всякий случай спросил Макар.
— Катя уколы мне делает, — Елена удивленно глянула на Капитонова, а на мужа посмотрела возмущенно.
— Делает, делает. И во вторник делала, а в четверг у тебя спина разболелась. В ночь на четверг, — уточнил Берестов.
— Да, во вторник укол делала, — кивнула женщина. — А в среду спина разболелась.
— Ночью в среду. Среда прошла, ночь наступила. Этой ночью спина у тебя болела.
— Вечером спина болела. Ты мне таблетку дал, я заснула. А ночью проснулась, — кивала, вспоминая, Елена.
— Ночью, от боли.
— Да, от боли.
— Какую таблетку вы дали жене? — спросил Макар.
— Обезболивающее, а что? — ответил Берестов.
— И ваша жена заснула.
— Так это практически снотворное.
— И когда вы проснулись? — обращаясь к Берестовой, спросил Капитонов.
Может, она в одиннадцать часов проснулась, а потом сразу заснула. Или в четыре утра, уже после того, как муж вернулся.
— В два часа, — четко ответила женщина.
— А почему именно в два часа? Вы всегда смотрите на часы, когда просыпаетесь?
— Всегда. Обычно я просыпаюсь в двенадцать ночи. И в четыре утра. Обычно. А тогда я проснулась в два часа.
— Муж вас разбудил?
— Нет.
— Вы его будили?
— Нет, он не спал.
— А что делал?
— Убивал.
— Что делал?
— Убивал кого-то, за компьютером.
— С кем-то говорил? Кто-то ему сказал, что кого-то убили? Или ему сказали?
