— За одну жалкую пощечину? — искренне недоумевает юноша, ибо для него понятие "мужская драка" — понятие достаточно заурядное. Но, видимо, не для Алексея. — Это просто глупо.
— За эту глупость он постарается упрятать тебя на два года! — снова не в силах подавить поток слез, вжимается в парня Рита, все равно не в состоянии его обнять по нормальному. Всем сердцем чувствуя смятение Саши, она все-таки решает взять себя в руки. — Это я во всем виновата!
— Опять на себя наговариваешь? — легонько щелкнул девушку по носу Саша. — Ты ни при чем. Я — слишком импульсивный, а твой бывший — слишком… обидчивый.
— Да он просто сволочь! — не поскупилась на эпитеты Рита. — Ничего, — отстраняется она, собирая разбросанные по лицу белоснежные локоны за ухо. — Он еще не знает, с кем связался. Я ни за что не позволю причинить тебе вред, или я — не я! Тебе не о чем беспокоиться. Алексей и сам скоро пожалеет, что решился тыкать палкой в осиное гнездо!
— Не называй себя гнездом, солнышко, — как ни в чем не бывало начинает куражиться Саша. — Будь что будет. Не забывай, в последнее время ты себя неважно чувствуешь. Вместо того, чтобы лишний раз волноваться — лучше сходи к доктору.
Ну и как после этих слов Рита смогла бы и впрямь опустить руки, ожидая у моря погоды? За такого человека она собиралась бороться, не раздумывая.
— Просто веди себя хорошо, не падай духом, — понимая, что ей уже пора уйти, говорит напоследок девушка. — Я буду приходить к тебе каждый день, пока не назначат день для судебного разбирательства. Мы с твоим дядей постараемся, чтобы это произошло, как можно скорее.
— О, нет, только не говори дяде, — почти жалостливо просит парень, но Рита остается непреклонна.
— Ну уж нет. В борьбе любые средства хороши. Конечно, мнение Виктора Ивановича обо мне станет еще ужаснее, после того, как он узнает, что мой бывший муж посмел сделать. И все же главное — спасти тебя от беды.
Вся боль, что была сконцентрирована в сердце Саши, мгновенно перестает его беспокоить. Никакие беды не важны, если эта девушка рядом с ним.
— Прости, — склоняет он голову. — Если бы я слушал твою маму, и не рубил с плеча… Тебе бы не пришлось из-за меня беспокоиться.
"Беспокоиться"? Да Рита уже лишилась половины нервных клеток, и не известно, как же она сможет противостоять в суде своему мужу-адвокату. У нее, конечно, был намечен план, но от одной мысли о том, что стояло на кону, спина несчастной девушки мгновенно становилась мокрой и холодной.
— В следующий раз будешь умнее, — только и может сказать Рита, краем глаза замечая, что сопроводивший ее сюда полицейский, уже вернулся обратно. — Мне пора. Я тебя люблю.
— А я люблю тебя, мое солнышко. Знал бы, что так выйдет — наподдал бы этому говнюку посильнее!
— Цыц!..
***
В первую очередь Рита попыталась встретиться с бывшим мужем, дабы попросить его забрать свое заявление. Вероятность того, что тот пойдет навстречу Рите была хоть и небольшой, но все же вполне себе реальной, поэтому, не заходя домой и в наглую забив на работу, эта девушка уже спустя полчаса сидела в приемной Алексея.
— Вы записывались? — приподняла свой равнодушный взгляд на девушку секретарша. Та самая, что работала у него и семь лет назад. Но, разумеется, женщина сделала вид, что бывшую супругу босса совершенно не помнит.
— Нет, но я была бы так благодарна, если бы вы сказали своему начальнику, что мне очень срочно нужно поговорить с ним. Пожалуйста…
Некогда гордая и высокомерная начальница конструкторского бюро теперь была похожа на попрошайку, что клянчит милостыню. Ей было все равно… Рита поймала себя на мысли, что готова сделать все, лишь бы вызволить Сашу из тюрьмы.
Ну…
—
Это было просто немыслимо!
— А что тут такого? Мы ведь были женаты, так какая разница? — вальяжно развалившись напротив посетительницы на своем кожаном "троне", размышляет вслух Алексей. — Тебе, что, жалко что ли?
Левую половину лица подонка аккуратно стягивали бинты, и сейчас Рита как никогда была солидарна со своим парнем. Надо было наподдать ему так, чтобы вообще говорить был не в состоянии!
— Дело не в жалости. А в морали.
— Ты собираешься разглагольствовать с адвокатом на тему морали? — язвительно интересуется Алексей, разочаровано цокнув. — Как я и думал, твое бахвальство во время прошлой нашей встречи было просто пылью. Ты такая же трусиха.
Если б на кону не стояла судьба ее возлюбленного, Рита бы не поскупилась на демонстрацию своего скандального нрава. Ни чужого имущества, ни целостности костей Алексея ей жалко не было. Поэтому, посадив ту самую гордость на цепь, девушка продолжила упрашивать как ни в чем ни бывало:
— Так и есть. Ни я, ни мой парень не стоим того, чтобы ты тратил на нас обоих свое время. Забери заявление, прошу… Ты ведь не злой человек!