Just_Die… (_): Ты знаешь, я… никому никогда не рассказывала, но почти сразу после расставания со своим мужем, в моей жизни появился один мужчина.
PrettyBoy (-): Дай угадаю. Он тебя тоже бросил.
Just_Die… (_): Наоборот.
PrettyBoy (-): А?
Just_Die… (_): Он был начальником отдела, когда я поступила на работу. Он преследовал меня и домогался.
Вот она и призналась.
Мир не рухнул, время не повернуло вспять — она так же сидит в своем тихом унылом кабинете. В том самом, в котором столько раз происходило все то, о чем она написала только что. Правда, в те года не она была здесь хозяйкой. А только маленькой запуганной бесправной мышкой.
PrettyBoy (-): Почему ты никому не пожаловалась? Почему не ушла с этой работы в конце концов?!
Just_Die… (_): Генеральный, что взял меня на работу и определил в отдел к тому похотливому мерзавцу, на самом деле хорошо ко мне относился, но даже ему я не могла сказать такое. Только представь: тогда я была просто девочкой с улицы, без опыта и хоть какого-то авторитета. А тот мужчина работал под началом генерального почти пятнадцать лет! Кому бы он поверил?.. И уйти я тоже не могла. За счет кого мне было жить? За счет больной и такой же одинокой мамы? Мне нужны были деньги, а эта работа не просто полностью меня устраивала. Она мне нравилась, и я знала, что быть конструктором — это мое истинное призвание. Я искренне боялась потерять эту работу и должна была терпеть.
Так все и было. Каждый день — борьба. С начальником и с самой собой. Болью в сердце и голодом в желудке. Всего один год такой жизни закалил мягкую и нежную девочку до уровня Медузы Горгоны без дополнительных усилий. Рита больше не боялась ничего. Почти ничего…
PrettyBoy (-): Кто он такой, этот подлец?! Как далеко он зашел?!
Just_Die… (_): Уже не важно.
PrettyBoy (-): Нет, скажи!
Внезапная эмоциональность и порывистость немного удивляют Риту. Но ей приятно, что собеседнику не совсем безразлично ее прошлое.
Just_Die… (_): По большому счету, кроме угроз с его стороны и… довольно частых посягательств физического характера, не было ничего такого. Но это длилось почти целый год… понимаешь? Я шарахалась в ужасе, когда сзади кто-то подходил. От слова "корпоратив" у меня приступы тошноты. Тебе будет трудно понять, но когда старый, вонючий, просто до ужаса неприятный мужик пытается раздеть тебя, порвав блузку, а его колено с силой протискивается между ног — это действительно накладывает отпечаток. Ни слезы, ни угрозы — ничто не могло остановить его. Он был уверен, что своего в итоге добьется, и никуда я от него не денусь. Мне даже кажется, что он питался моим страхом и беспомощностью, как все садисты. И потому был не против растянуть момент.
PrettyBoy (-): Не понимаю, как ты это терпела.
