— Что ты сказала?! Забыла, с кем разговариваешь?! — рывком приблизился к своей жертве мужчина. Рита подавила в себе желание закрыться или убежать, решая что с нее достаточно прятаться и трястись из-за неизбежности. Будь что будет. А Семен Петрович, схватив ее за грудки, продолжал вещать, брызгая слюной: — Я твой царь и бог!
— Ты шут, что строит из себя царя! Грязь, возомнившая, что может делать все, что хочет! Пусти! — не позволяя начальнику опомниться, Рита со всей дури врезала уроду прямо между ног коленкой, и тем самым отвоевала путь к свободе. Но не абсолютной.
Семен Петрович все еще стоит у двери и является, пусть и скрюченной от боли из-за неожиданного выпада, но все же преградой.
— Сука! Как ты смеешь?!
— Ты сам начал это!
— …И сейчас закончу, можешь не сомневаться, — угрожающе шипит в ее сторону мужчина, но когда настигает Риту в кухне, прямо перед своим носом видит острие десертного ножа, маленького и изящного, как инструмент хирурга.
Холодная сталь заставляет его испугаться, но, немного пораскинув мозгами, он решает, что у Риты кишка тонка, чтобы напасть на него и, тем более, убить.
— Не делай глупостей, Рита. Ты ведь хорошая девочка…
— Да… и являться такой — было моей главной глупостью.
Ее смятение понимают превратно, и тогда Семен Петрович снова приближается, хватая девушку за левую руку. Но правой ничего не мешает с размаху полоснуть блестящим острием прямо по лицу мужчины.
— А-ах!!! Мой глаз! — крики и вопли Семена Петровича не утихают еще целый час, пока в апартаменты не влетает скорая, лицезрея тучного мужчину, забившегося в угол, с кровавым полотенцем, что прижал он к левой половине своего лица.
В это время Рита уже идет по рельсам в сторону дома, с совершенно сумасшедшей улыбкой на лице и слезами счастья на глазах. Сейчас ей все равно, что будет завтра, даже если ее арестуют быстрее, чем она успеет зайти в свою квартиру. Но по каким-то обстоятельствам полиция к ней не приходит. Ни на следующий день, ни еще через два. И тогда девушка наконец немного приходит в себя. Не зная зачем, она возвращается на работу. Просто узнать, что случилось с ее начальником. Вдруг она ранила его куда сильнее, чем ей показалось?
Как ни странно, с Семеном Петровичем она сталкивается прямо на входе, будто тот ничем не занимался, а только ждал ее появления.
— Хорошо отдохнула? — злобно выжимает из себя мужчина, и, схватив Риту за шкирку, прямо в верхней одежде тащит в кабинет генерального.
Рита молчит и не сопротивляется, только украдкой пытается разглядеть неаккуратный хирургический шов над левой бровью, отек с которой все еще не сошел.
С тем же непритворным интересом его свежее ранение изучает и Виктор Иванович, привстав со своего кресла, очевидно все еще не в курсе, как один из его сотрудников получил подобное уродство.
На его вопросы Семен Петрович отвечает не то, что ожидает Рита.
— Несчастный случай во время нахождения на объекте, — расплывчато отвечает мужчина, и девушка запоздало понимает, почему.
Трудно будет объяснить, почему эта всегда тихая и спокойная сотрудница вдруг напала на него с ножом, когда они остались ночевать в одной квартире. Очевидно, не только Рита переживала о своей репутации.
— Как это случилось?! — восклицает генеральный, ибо любая производственная травма на работе достаточно сильно карается трудовым кодексом. Но Семен Петрович охотно его успокаивает.
— Это была моя оплошность, и ответственность на мне. Вам переживать не стоит. Я пришел по другой причине.
— …Я слушаю.
Тогда начальник конструкторского бюро довольно грубо толкает Риту чуть вперед, и та отстраненно позволяет ему это.
— Сотрудница, что вы приняли ко мне в отдел, покинула объект на два дня раньше без разрешения и сорвала технический надзор!
Рита не спорит и ничего не отрицает. В смирении опустив голову, она не видит, какими глазами уставился на нее генеральный. Виктор Иванович, хмурясь, снова смотрит в изуродованное лицо своего старого коллеги, затем опять на Риту. И обратно. — В командировке что-то произошло между вами двумя? — вдруг спрашивает генеральный.
Глава 21. Часть 2.
На вопрос начальника Семен Петрович тотчас начинает все отрицать, не понимая, что ведет себя уж слишком подозрительно.
Не известно, верит он своему подчиненному или нет, но когда Рита всего на мгновение поднимает свой опустошенный взгляд на Виктора Ивановича, тот перестает вслушиваться в нескончаемый и бессмысленный поток слов начальника конструкторского бюро.
— Вот что, — уже совершенно в другом тоне говорит генеральный. Очень сухо и серьезно. — Ваша позиция мне понятна, Семен Петрович. Пусть будет по-вашему. Если вы говорите, что девушка не справилась со своей работой — мы с ней расстанемся.
Рита едва слышно вздыхает, безразличная к любому исходу. Эмоциональная встряска забрала все ее силы и способность реагировать хоть на что-то.
Но не успевает мучитель Риты поздравить себя с победой, как Виктор Иванович продолжает:
— Завтра же созовем комиссию.
— Комиссию? Зачем? Вам недостаточно моего оценочного суждения?