– Когда? Что? – молодой человек строил из себя дурачка и никак не помогал задать мучивший меня вопрос.
– Ну, там, у холодильника, когда сказал про мое к тебе признание … в любви, – наконец, выдавила из себя я, покраснев до корней волос.
– А, это, – снова улыбнулся Антон. – Ну так у тебя на трусах написано: «я люблю тебя».
Если бы от стыда можно было сгореть, я бы, наверное, воспламенилась, как Китнисс Эвердин из «Голодных игр», потому что до меня, наконец, дошла вся ирония.
Прошу прощение за столь интимные подробности, но их нужно упомянуть, чтобы все стало на свои места. У нас была светлая, немного прозрачная форма: штаны и блузка. Блузка длинная, сверху прикрывала панталоны так, что нижнее белье не просвечивалось. И я не особо заботилась, какое исподнее выбрать. И, совершенно без какой-либо задней мысли, надела трусы с надписью: «я люблю тебя». А в тот момент, когда я нагибалась к мармитам, видимо, блузка приподнялась и штаны стали достаточно прозрачными, чтобы можно было различить надпись. «Черт, черт, черт», – мысленно ругала себя я. Стояла и растерянно смотрела на Антона, он как ни в чем ни бывало глядел на меня.
– Ну что, ты там закончил с кипятком? – наконец выдавила я.
– Да, все готово! – спокойно отвечал молодой человек.
– Ну вот и отлично, давай сюда телегу, – немного нервно парировала я.
– Пожалуйста, – ответил Антон и, улыбаясь, отправился по своим делам.
«Вот же ж блин», – крутилось у меня в голове. – Хотя, с другой стороны…это даже забавно».
Позже, когда я мыла посуду в раковине, парень подкрался ко мне сзади как кошка – бесшумно и незаметно, – нагнулся к моей голове и, как вор-щипач, вытащил у меня из-за уха шоколадную медальку.
Оставшиеся рабочие часы, готовя начинку для булок и занимаясь другими делами, я продолжала думать об Антоне. Наступал период, когда мысли о нем очень редко покидали мою голову…
Раскрою еще немного секретов нашей фирменной одежды. В штанах от формы был один маленький кармашек для ключа из раздевалки. По правилам, больше туда класть ничего не разрешалось. Но, видит Бог, что мы туда только не запихивали. У меня, например, кроме ключа, там всегда находилась пара или несколько пар запасных резиновых перчаток, конфетка или сухарики. Кто-то туда помещал таблетки и лейкопластырь. У Антона же всегда с собой были какие-то шоколадки, причем сам он их никогда не ел, а всегда кому-нибудь раздавал. Короче, я не знаю, как в такой маленький карманчик влезало все это добро, но он был как шляпа фокусника, из которого каждый выуживал что-нибудь интересное.
Я уже рассказывала, что после ухода Вер Палны осталась одна и ни с кем особо не общалась. Однако это продолжалось недолго.
Еще одним мастером, обучающим меня, кроме Динары, была Надя. На тот момент, когда она начала меня учить, я уже многое умела. Но Надя всегда очень доступно все объясняла, при этом никогда не злилась и не нервничала. Поэтому я сразу же прониклась к девушке еще большей симпатией и не могла налюбоваться на умелые и точные движения ее рук. Чтобы она ни делала – катала ли рулеты, резала ли их, мазала ли булки – все у нее получалось идеально. Мне казалось, что так не бывает.
Плюс ко всему у Нади на все всегда имелось свое мнение, зачастую, расхожее с окружающими, которое она никогда не боялась высказывать. Девушка тесно общалась или, даже можно сказать, дружила с Ирой, которая, напротив, была весьма замкнутой, хотя не скажу, что стеснительной. Со стороны казалось, что Ира просто выполняла свою работу, а на остальное ей было плевать. Уже позже я узнала, что у нее случился конфликт с Аленой Петровной. И вот как все вышло.
Ира, как и большинство из нас была приезжей – девушка с непростой судьбой. Переехала в Петербург из провинциального городка вместе с парнем, но вскоре они расстались, и девушка вынуждена была рассчитывать только на себя. Получилось так, что ей пришлось съехать с предыдущего места обитания. Жить было негде, денег почти совсем не оставалось, а до зарплаты было еще далеко. И тут Алена Петровна, надо отдать ей должное, прониклась Ириными бедами, и предложила пожить у них в коммуналке. Одна комната пустовала, да и плата за нее была сравнительно небольшая.
Конечно же, Ире не хотелось жить бок о бок с такой мегерой, как Алена Петровна, но выбора у нее, на тот момент, не оставалось. Она заселилась. И однажды, думая, что Алена Петровна на смене (а та должна была в упоминаемую ночь работать) пригласила к себе друзей: уже знакомых нам Антона, Надю и новенькую Анжелу.
