– Слушай, ты давай мне лучше организуй передержку для Алекса? Я его не успею уже никуда отвезти.
– А хочешь, я его к себе возьму? Или могу через день заезжать, кормить и всё такое?
– А вариант, – задумчиво протянула Катя, постукивая пальцами по столу, – у меня и дубликат ключей с собой. А с меня гостинец тебе, цветочек Алёнький!
– Да нужен мне твой цветочек сто лет! Ну нет! Я потом решу, чего с тебя взять.
– Ладно, я поехала тогда собираться и в путь. Эх, Милка, нам ли быть в печали? – она бросила Миле связку ключей.
– Вот и я говорю! Не нам! – ловко поймала Мила ключи.
С Милой Кате повезло. Три года назад, как раз после первого повышения, Кате разрешили взять ассистента – сама она уже многое не успевала. На вакансию откликнулось человек триста, не меньше. С тридцатью, примерно, из них Кате предстояло пообщаться. Все они рассказывали про образование и внушительный опыт работы, демонстрировали заинтересованность и лояльность, были сдержанно одеты и уверенно выглядели.
Мила пришла на собеседование в сарафане в крупный цветок. Она впорхнула в переговорную, яркая и энергичная, и вместе с ней туда будто ворвалось солнце и летний аромат цветочного луга. Резюме её занимало половину листа, опыта работы не было. Она начала бодро рассказывать про учёбу и практику, а потом заговорила тише и тише. И внезапно спросила:
– Екатерина Юрьевна, у вас голова болит? Вы знаете, какое у вас давление? Если низкое, то давайте я вам кофе сварю?
Ни один из предыдущих кандидатов, опытных и пафосных, не увидел в Кате человека, а ведь она искала не просто сотрудника, а правую руку. О чем тут было говорить?
Выяснилось, что Милино резюме по ошибке попало в стопку отобранных, практикантка распечатала. Выяснилось, что отдел персонала не рекомендует брать на работу человека без опыта. Катя встала насмерть. Отстояла Милу, и вот уже три года благодарила Судьбу каждое рабочее утро.
С появлением Милы перестали пропадать документы, в Катин календарь своевременно попадали все встречи и совещания, в отделе не заканчивались канцтовары, и вообще наступил бытовой рай. Мила всегда была в хорошем настроении, а к любым неприятностям относилась философски. Она подружилась, кажется, со всеми сотрудниками банка. Всегда знала последние новости и сплетни, с лёгкостью прогнозировала развитие событий и знала, когда и к кому стоит обратиться с просьбой, а когда лучше переждать. А ещё она полюбила Мотю:
– Какой милый «желточек»! – восхитилась она, увидев Катину машину впервые.
Она же утешала Катю после того, как Катя Мотю продала и купила себе новый автомобиль – глянцевую «Пежо».
– Эх, «желточек», ровных тебе дорог! Кать, да не переживай ты так! Всё с ним будет хорошо. Если любишь – отпусти!
Как и Катя, Мила была одинокой девушкой, жила с мамой. Верила в любовь, но не торопила события:
– Пока принца найдешь, еще столько жаб перецеловать нужно! А некоторые из них так целуются, что о принце забываешь, – мечтательно закатывала она глаза.
Со временем она стала не просто личным помощником, а почти подругой Кати. Когда Катю снова повысили, Милу она забрала с собой, хотя та была ассистентом целого отдела. И, несмотря на возросшую нагрузку и ответственность, Мила опять идеально со всем справлялась. Поэтому ей точно можно было доверить не только свою жизнь, но и кота!
Часа через четыре таксист подвёз Катю к зданию аэропорта, выгрузил из багажника небольшую дорожную сумку и пожелал счастливого пути. Она купила пару журналов в дорогу, хотя ничего подобного в жизни не читала, зарегистрировалась и прошла на посадку.
Аэропорты Катя тоже не любила. Они отчего-то ассоциировались у неё исключительно с проводами, разлукой и горем. Откуда это, объяснить она не могла: никого никуда особо и не провожала, фильмов разве насмотрелась? Типа «Телохранителя» с Уитни Хьюстон и Кевином Костнером, где любовь перечеркивает взлетная полоса, и на этом моменте все женщины мира рыдают навзрыд. Ну, по крайней мере, те, у кого есть сердце. Вот совершенно точно Катя не любила аэропорты за суету, но разве ж это повод? Тем более, что осенью людей здесь было гораздо меньше, чем летом. Хоть в чем-то повезло!
Милая Мила купила Кате билет у окна и полёт должен был пройти спокойно. Возможно, это даже последние несколько часов покоя на этой неделе! Она заняла свое место, поёрзала, безуспешно пытаясь поудобнее пристроить ноги – до чего ж в этих самолетах неудобно! Пристегнула ремень, выключила телефон, полистала журнал и даже успела решить вздремнуть. Именно в этот самый момент откуда-то сверху и донёсся голос:
– Добрый день, Катерина.
Катя подняла глаза, уже понимая, что если этот самый день не задался с утра, то странно надеяться, что после обеда что-то исправится, и он станет вдруг «добрым». В кресло рядом опускался владелец необычного автомобиля, мебельного завода и катера (или уже парохода?) – Дмитрий.
– И вам день добрый, Дмитрий! В Москву летите?
– А что этот самолет ещё где-то приземлится по пути?
По-прежнему пожимает плечами, невозмутим, невыносим и привлекателен, провались он пропадом!
