Любимые – не стареют.
Мы молоды, пока нас любят!
Кто в старости может обходиться без любви, тот не любил и в юности, ибо для любви годы не помеха.
У любви тоже есть свое детство.
Подобно огню, который в тростнике, соломе или заячьем волосе легко вспыхивает, но быстро угасает, если не найдет себе другой пищи, любовь ярко воспламеняется цветущей молодостью и телес ной привлекательностью, но скоро угаснет, если ее не будут питать духовные достоинства и добрый нрав юных супругов.
Не любить – погубить значит жизнь молодую.
Возраст один для любви и для ратного дела пригоден.
Любовь в восемнадцать лет – это чаще всего попытка понять, кто ты есть, слушая свое эхо в словах другого.
Это такой серьезный шаг – прощание с девичеством, превращение в женщину… Настает день – и в юной девушке просыпается женщина… И тогда появляется какой-нибудь дурак. И неизменно проницательный взор впервые обманывается – и видит дурака в самом розовом свете. Если дурак прочитает стихи – его принимают за поэта… Отдают ему свое сердце – дикий сад, а ему по вкусу только подстриженные газоны. И дурак уводит принцессу в рабство.
В юности человека самое мимолетное чувство и все наслаждения любви должны быть эстетичны, чтоб не быть безнравственными.
Каждая девочка знает все о любви; с годами возрастает лишь способность страдать от нее.
Любовь в молодости – нечто само собой разумеющееся; любовь в старости – бесценный дар судьбы.
В пожилом возрасте любовь превращается в порок.
Во всем, что радуется в природе своему изяществу, изобилует плодородием и блещет красой, проявляется любовь, печать же ее нарушения несет то, что изнемогает от вялости, бледности, слабости и близости смерти.
Порицать молодого человека за то, что он влюблен, все равно что упрекать кого-нибудь в том, что он болен.
Поэтическая, страстная любовь – это цвет нашей жизни, нашей молодости.
Если человек не влюбляется до сорока лет, то лучше ему не влюбляться и после.
