Я медленно стала подходить к Рику, смотря на него в упор. Я думала о том, как кол вонзается в сердце вампира. Как его кожа приобретает серый оттенок. Я взяла из рук Зальцмана оружие, способное убить древнего. Я подошла к Кэр и занесла кол над её сердцем. Я видела её испуганный и в тоже время смиренный взгляд. Я начала опускать руку. Я видела, что Рик доволен происходящим. Я резко перевела руку на Аларика. Но он перехватил кол. Я выплеснула в его лицо вербену, которую увидела, заходя в класс. Пока он корчился от невыносимой боли, я ударила колом прямо ему в сердце. Я думала, что сейчас он умрёт хотя бы на время, но этого не произошло. Но мне хватило этого, чтобы освободить Кэролайн. А ей хватило времени и ума, чтобы убежать, оставив меня здесь. Аларик выдернул из себя кол. И схватил меня за руку, не став гнаться за девушкой.
— Что ты творишь?! — зло спросил вампир.
— Как что? Ты же сказал убивать вампиров. А ты, как раз он. — произнесла я, ухмыляясь, несмотря на боль в руке.
— Ты думаешь, твоя семья гордилась бы тобой, зная с кем ты водишься? — задал мне вопрос Рик.
— Они бы приняли любой мой выбор. Родители хотели, чтобы я была счастлива. И если моё счастье заключается в вампирах. Они бы приняли это, не сразу. Но приняли. — произнесла я, вспоминая папу и маму.
Я улыбалась. Рик схватил меня за шею и бросил в шкафчики.
— Если ты не на стороне людей, значит ты на их стороне, — проговорил Рик, хватая меня за горло. Да, я на их стороне. Но это мой выбор, а не кого-то другого. — надо было убить тебя, как тех трусов. Ты не достойна жизни, Елена.
Возможно этим я разжигаю ещё больше огня, но ничего не могу с собой поделать.
— Тогда почему я всё ещё жива?! Что тебя останавливает?! — спросила я.
Этим я вывела Аларика из себя. Его глаза почернели, под глазами появилась сеточка. Но вампир смог взять контроль над своими эмоциями. Он отпустил меня, я начала ртом хватать такой драгоценный воздух. Вдруг Аларика схватили за руки, удерживая. Это были братья Сальваторе. Рик быстро справился с ними, сворачивая им шеи. Но тут в игру вступил первородный гибрид, вонзая охотнику деревяшку в сердце. В игру… Забавно, тут идёт серьёзная борьба, а мне весело. Это ещё раз доказывает, что люди правы, называя меня чокнутой. Я поняла, что жизнь Клауса висит на волоске. Аларик занёс кол над сердцем гибрида. Как бы я не относилась к Никлаусу, но он не должен умереть. Я достала нож из заднего кармана джинс и приставила к горлу. Я знаю, что наши с Риком жизни связаны. Он живёт, пока я дышу.
— Стой, отпусти его. Или я убью себя. — произнесла я.
— Не надо, Елена. — ответил охотник, переводя свой взгляд то на меня, то на первородного.
— Почему? Может я нужна тебе живой? — проговорила я, сделав паузу. — Эстер не просто так использовала мою кровь. Она не хотела, чтобы ты был бессмертен. Чтобы ты не имел слабостей, эта ведьма не могла допустить такого, — я не хочу умирать. Это я знала точно. Я хочу жить, дышать, путешествовать, познавать мир. Я вновь хочу увидеть восход и закат солнца. Я хочу слышать шелест ветра, я хочу сделать что-нибудь новое, что никогда не делала раньше. Я хочу забрать Джера и уехать в Испанию, оставляя здесь своё прошлое. Я не хочу умирать. — Эстер связала твою жизнь с человеческой, с моей. То есть, у тебя есть только одна жизнь, чтобы убить всех вампиров на земле. Если я умру, ты тоже умрёшь. Точно, я права?! — в конце я повысила свой голос.
Я внимательно следила за реакцией Рика, и она не заставила ждать.
— Ты ошибаешься. — проговорил Аларик.
— Правда? — спросила я.
Аларик вернул свой взгляд обратно к гибриду. Он думает, что я не смогу это сделать. Я не хочу умирать, но если нужно я сделаю это. В конце -концов я умирала когда-то. И это не страшно. Я сильнее надавила на лезвие ножа, ведя его дальше. Я готова была перерезать себе горло, это больно. Я знаю это.
— Стой, стой, стой! — прокричал историк.
Опекун отвлёкся на меня, а Клаус откинул того в сторону. Я не успела даже понять, что произошло дальше…
Полчаса спустя…
Я чувствовала ужасную слабость во всём теле. Я еле смогла открыть глаза, я не понимала, что со мной происходит. Вдруг я почувствовала боль, это было похоже на иглу, которая вошла в мою кожу. Я инстинктивно дёрнулась. Мои руки были привязаны к стулу, на котором я находилась. Я вновь дёрнулась. Мои действия не привели ни к чему. Верёвки были слишком крепкими.
— Не двигайся, а то будет больнее. — проговорил чей-то голос.
Я повернула голову и увидела медсестру, она была под внушением. Ещё я увидела пакет со своей кровью.
— Что ты творишь? — мне было тяжело говорить.
— Выкачиваю из тебя всю кровь. — я услышала знакомый голос с британским акцентом.
