Я вздохнула. Рано или поздно это произошло бы. Все узнали бы о наших отношениях с Майклсоном. А хотя какие отношения? Я его любила, а он нет. Он виноват в моей смерти, сейчас я его презираю, но всё равно именно его попросила о помощи. Я запуталась. Недавно я решила, что презрение это то, что испытываю к нему. Но сегодняшний день пошатнул мою позицию. А действительно ли я так отношусь к Колу? Что я к нему чувствую на самом деле? Я не могу дать ответ или же просто боюсь. Может пока не пришло время для правды? Лучше пусть всё будет, как сейчас. Я постараюсь быть холодной к Майклсону. И реже с ним пересекаться.
— Он помог, потому что я попросила его об этом, — наконец ответила я блондинке.
— Мы с Майклсоном часто пересекались после того случая на балу. Гуляли, пили, веселились. Ну и в итоге, нас нельзя назвать друзьями, но и врагами не назовёшь. И после моего обращения я не могла воспринимать кровь. Не из вены, не из животных. А Кол мне помог сегодня. Вот и всё. — рассказала я Кэролайн всё, конечно же опуская многие моменты.
Ей знать это не обязательно.
— Почему ты ничего не говорила нам?! Мы твои друзья. — рассерженно произнесла Форбс.
— Да, мы дружили в детстве, но всё это прервалось, когда я уехала. С тех пор утекло много воды. Мы пытались вновь стать подругами на века, но у нас ничего не вышло. Ты ведь понимаешь, что всё не так. Так не должно быть. Я честно хотела быть рядом с вами, чтобы всё стало, как раньше, но я быстро поняла, что это невозможно. Нашу былую дружбу не вернуть, как бы не хотелось. Я поняла, что лишняя рядом с тобой и Бонни. Вам лучше вдвоём без меня. — я выложила всё.
— Ты права во всём, былого не вернуть по крайней мере в нашей ситуации. Я сама это понимала, но не хотела отпускать руки, надеясь. Нашей дружбы не вернёшь, — как приговор произнесла Кэр, с её глаз капали слёзы. Я не буду её успокаивать, ей лучше сделать это самой. — Остаётся только, отпустить. Елена Гилберт, я всегда буду помнить о тебе, как о честном человеке. Если понадобится помощь, мы с Бонни рядом.
— А я буду помнить тебя, как милую девушку. А Бонни, как серьёзного и очень ответственного человека, мы с Кэр засмеялись. — Я всегда готова помочь.
— Почему ты не восприняла никакую кровь? — поинтересовалась Форбс через пару минут.
— Мне бы хотелось это знать, Кэролайн, очень хотелось бы. — ответила я, посмотрев на Кэр.
— Елена, ты разорвала связь со всеми нами. Недавно с Сальваторе, ты высказала всё Деймона по телефону, а Стефан и так понимал, что после его поступка ему ничего не светит. Ты поступила правильно, переставая нас всех мучить в своей слепой вере. Ты открыла нам глаза. Будь я на твоём месте, я бы не смогла это сделать. — сказала Форбс, уныло улыбнувшись.
Мы обнялись в последний раз, так крепко, как никогда раньше. Прощальные обнимашки. Мы отлипли друг от друга через время, не знаю сколько прошло времени, но мне казалось, что всего-то обнимашки длились не больше нескольких секунд. Я помахала Кэр рукой, оставляя её здесь. Сегодня я разорвала нашу дружбу. Я освободилась, теперь я свободна. Я разорвала всё, что мне мешало, тяготило меня. Я расправила крылья, я готова лететь дальше.
Комментарий к Глава 16 А вот и продолжение. Не знаю ждали ли вы его или нет?
====== Глава 17 ======
POV Elena
Я оторвалась от девушки, когда услышала, что её сердцебиение замедляется.
— Ты забудешь обо всём, что здесь произошло, сейчас ты пойдёшь в школу, — внушала я, давая ей свою кровь. — И в ближайшие двадцать четыре часа ты будешь очень осторожной. А теперь уходи.
Девушка следуя внушению, ушла. А я была рада своим успехам, ведь контролирую я себя уже лучше. После того, как я выпила кровь Кола, у меня всё стало хорошо с питанием. Мой организм теперь воспринимает любую кровь, даже животных. Я пыталась понять, почему кровь не усваивалась, но так и не смогла найти ответ на этот вопрос, также как и Бекс. Хотя у древней было предположение, что это из-за её брата, потому что я его любила, и возможно не хотела подсознательно без него жить, а когда он дал мне кровь всё нормализовалось. И я типа опять же подсознательно поняла, что не всё потеряно. Когда Бекс закончила свою гипотезу, я посмотрела на нее, как на чокнутую. Покрутила пальцем у виска, а потом заржала, по-другому не скажешь. Первородная потом насупилась, но всё-таки подхватила моё веселье, ведь она сама понимала, что это бред чистой воды. А самого Кола Майклсона я видела вчера в баре, но быстро ушла, увидев его, останавливать он меня не стал. Мы с ним много раз виделись за эту неделю, по несколько раз на дню. В начале это неимоверно раздражало, а потом я как-то смирилась что ли. Но как не странно мы с ним не разу не говорили, и это нервировало и успокаивало одновременно. Я не прикасалась к вопросу: «Что я чувствую к Майклсону». Я решила, что меня пока всё устраивает.
