Она верила — миром правят деньги, а любовь, нежность — это всего лишь смешные слова. Он знал — деньги не дадут ему не только счастья, но даже покоя. Они встретились на жарком и сонном побережье, чтобы подарить друг другу мимолетное счастье и искрящийся смех. Они встретились вновь в серых стенах большого города, чтобы лишить друг друга и счастья, и смеха, а потом разлетелись в разные стороны, унося разочарование и обиду. У них остался единственный шанс вернуть друг другу любовь и надежду прежде, чем она улетит на другой край света, уверившись, что любовь — пустое и глупое слово.
Миром правят деньги: евро растет, котировки падают — трагедия! Нужно срочно диверсифицировать активы! Миром правят амбиции: Маша стала вице-президентом, а она все еще заурядный начальник отдела, ну и пусть в подчинении у нее 50 человек, важен факт. А, может быть, миром правит любовь? — ну не смешите меня! приличной девушке просто стыдно верить в это. Любовь — это что-то из позапрошлого века, тургеневские барышни, бунинские темные аллеи, изящные шляпки и кокетливые взгляды из-под полупрозрачной вуали. Настойчивый взгляд глаза в глаза, сдвинутые на лоб очки Шанель (лимитированный выпуск, 700 евро в Милане по большому знакомству), шестирядный хай-вей. Любовь, ну как же?! Платиновая кредитка, трехлитровый Лексус и пентхаус с видом на реку — вот это любовь!
«Ах, зачем я тебя полюбила, а тебя не видала влюбленным?» — строки декаданса (Н. Гумилев). Вот именно — зачем? Поэт был влюблен, как всякий приличный поэт, и чем это закончилось? — пулей в лоб. Ей гораздо больше нравилось, как Гумилев с Ахматовой отправлялись в прогулку по заснеженной Москве, чтобы выгулять ее новую норковую шубку. А вот она вынуждена выгуливать свою шубку в какой-то дикой камчатской глуши. И почему, скажите мне, суд Камчатской области должен располагаться именно здесь. Так далеко и, главное, так холодно, почему бы не перенести его, например, в Сочи: пальмы, максимум +5 даже зимой и, между прочим, пятизвездочные отели, а не это странное заведение, которое даже гостиницей-то не назовешь. Впрочем, Сочи — это уж слишком! И вообще она настоящий профессионал, сейчас быстро и победоносно выигрывает дело, бросает вещи в чемодан и летит домой!
Быстро выиграть не удалось, победоносным почти четырехчасовое пережевывание одних и тех же фраз Ксения бы тоже не назвала. И вообще был ли это выигрыш?
Когда Ксения вышла из здания суда, было около шести вечера, тускло мерцали звезды, и снежинки, как заколдованные, кружились в танце над городом прежде чем упасть на нашу грешную землю. Было тихо-тихо и все вокруг навевало мысли о сказке: Снежная королева, Кай и Герда — безответная любовь. Любовь — слишком часто это слово сегодня приходит ей на ум — одернула себя Ксения, — чаще чем последние несколько лет.
— О, Боже! — вскрикнула она. Шесть вечера, самолет улетает через 45 минут, а она почти в 40 километрах от аэропорта, багаж в гостинице, и она еще предается мечтам!
Скользя на шпильках Джимми Чу и размахивая руками, как ветряная мельница, Ксения вылетела на проезжую часть. В полуметре от нее резко затормозил огромный представительский седан, вот оно счастье — пронеслось в голове у девушки, — машина резко тронулась, — ну вот, как всегда, — подумала Ксения.
— Что за ненормальная? — раздался усталый голос с заднего сиденья.
— Да, какая-то столичная штучка, — недовольно пробурчал водитель.
— Столичная штучка? Здесь? — усмехнулся пассажир, отвлекшись от падающего курса.
— Быстрее! Быстрее! — подгоняла Ксения флегматичного водителя на таком невообразимом транспортном средств, что в другой ситуации она бы даже дверь его не открыла, не то что сесть внутрь. А сейчас она была вынуждена терпеть, пока оставался хотя бы крошечный шанс успеть на самолет.
— Что значит нелетная погода? Мне срочно нужно домой! — возмущалась Ксения возле информационной стойки в аэропорту, — Меня не интересует, что у вас тут происходит, у меня есть билет и извольте доставить меня в Москву! — она уже и сама понимала, что спорить бесполезно, но словно по инерции продолжала гнуть свою линию.
— Девушка, самолет будет в лучшем случае завтра утром, успокойтесь и ждите! — устало махнула рукой служащая и обратилась к следующему нервному пассажиру.
Ксения зло пнула чемодан, схватила портплед и отправилась выяснять, где в этом Богом забытом месте бизнес-терминал, потому что сидеть с остальными заурядными пассажирами она вовсе не собиралась!
Прошло уже почти три часа бесплодного, бесполезного ожидания, она успела выучить наизусть последний номер журнала «Форбс» и могла без запинки назвать все модные московские места, упомянутые в гламурном «Татлере», но все это ни на миллиметр не приближало ее к заветному отправлению домой. Ксения устала ждать, она была расстроена и раздражена, и поэтому, не замечая никого вокруг, расхаживала из угла в угол так называемого бизнес-терминала.
— Прекратите же вы, наконец, маячить перед глазами! — прервал ее мысли о неминуемом поражении на карьерном поприще резкий мужской окрик.
— Где хочу, там и хожу! — буркнула Ксения.
— Ну-ну, — ухмыльнулся мужчина и подумал, что где-то уже видел эту дамочку на нереально высоких каблуках.
А Ксения села на свое место, снова вскочила и отправилась к кофейному автомату, думая о том, что этот высокомерный тип, заслонившийся газетой, — типичная квинтэссенция мужского эго в его худшем варианте.
