Гиз мгновенно стянул майку и разорвал на полосы, чтобы наложить жгут выше раны. Одна из самых ядовитых змей сделала своё коварное дело и Эрлу оставалось жить немного, если не отрубить ногу. Я бежала вместе со своим чемоданом, а Микеле нёс старинный японский меч, который как реликвия хранился в доме. Кьяра всегда обожала такое оружие, его неведомую ауру, которая рассказывала ей столько историй. Но сейчас не до историй, которые отошли на второй план, надо спасать Эрла. От его жизни зависит благополучие нашей семьи и вот так остаться ни с чем после всего я не могла, не имела права. Микеле любил меня, а я его, начиная создавать свою семейную историю.
Лия плакала, стоя на коленях, понимая всю сложность разыгравшейся трагедии. Она могла стать вдовой, так и не испытав материнства и прелестей семейной жизни.
- Заносите его в дом и положите на пол! - командовала я, и мужчины подняли стонущего Чэбе, который чувствовал яд и пытался сопротивляться ему.
- Гиз! Держи меч, тебе надо будет отрубить ногу выше жгута, а пока наложите новый жгут выше и быстрее! Лия неси простынь и пойди на кухню. Принеси мне еду, какая у тебя есть, а потом посиди на крыльце. Всё будет хорошо, если вытрешь слёзы, для них время не пришло!
Микеле быстро наложил жгут, Гиз сунул полотенце ему в рот, чтобы тот сжал его зубами. Я держала его за голову, пытаясь обезболить и отвлечь.
- Гиз у тебя один удар и ты не промахнёшься, давай, - я посмотрела на него, а потом на Микеле, который придерживал Чэбе за плечо и руку.
Гиз не был сентиментальным и бессердечным, поэтому решительно открыл старинный меч и что-то прошептал ему, поцеловав клинок. Короткий взмах вверх и резко вниз, отрезая ногу, как кусок замёрзшего сливочного масла. Японский меч чётко выполнил необычную задачу, пополнив свою коллекцию новой историей.
Я отпустила ногу и принялась кушать, а остальные просто остолбенели, не ожидая от меня такого поступка.
- Ты голодна? - возмутился Микеле, - надо помочь Чэбе, а ты ешь!
Мне некогда было отвечать на такой вопрос, я просто забрасывала в себя всё, что стояло на тарелках. Гиз усмехнулся, протирая древний клинок, он-то знал мои мысли и ожидал развития событий.
Я взялась двумя руками за отрубленную ногу, откуда сочилась кровь и закрыла глаза. Через пять минут нога начала медленно отрастать, но было мало пищи, и Гиз без слов поспешил домой. Моника появилась на пороге дома с коробками еды, которые хранила на самый крайний случай. Гиз уселся рядом и наблюдал за развитием событий. Такое он видел впервые, но с нами многое в первый раз, и как всё запоминается! Микеле взял коробку из рук дочери и энергично встряхнул. Моника открыла, и начала меня кормить, чтобы не прерывать процесс.
Через десять минут Эрл осторожно встал и ощупал свою новую ногу.
- Как новенькая! - улыбнулась Моника, подарив беззубую улыбку Чэбе, пытаясь приободрить пострадавшего воина.
- И не говори! Спасибо! Спасибо вам, мои друзья! - он смотрел на нас самыми счастливыми глазами, распахнутыми на всю вселенную от радости.
- Ты должен Гизу очень много потому, что он знает, куда пристроить твою конечность, чтобы от тебя наконец-то отстали, так что бережно сохраните эту важную улику. Тебя ждёт жена, иди, успокой её, - мы вышли из дома, а Лия с ужасом смотрела на нас, пытаясь понять, почему мы такие счастливые и довольные.
- Лия, ты где? - позвал Чэбе, рассматривая всё вокруг, всё новое и неизведанное, но такое родное и знакомое!
- Ты жив! - она стремительно подлетела к нему и обняла, поливая слезами рубашку.
- Постой-ка, ты что делаешь? Портишь свои прекрасные глаза какими-то слезами? Давай я вытру их, и ты не станешь плакать по пустякам, - он целовал её глаза, ощущая соль на своих губах, как и горечь её боли.
- Что это было? - вновь вопрошала Лия, не понимая всего того, что случилось в их доме за несколько минут, - где змея? Она тебя укусила?
- Это была маленькая неприятность, которую убрали наши друзья и у нас всё по-старому и по-прежнему, кроме одного. Наши гости съели всю нашу еду и мы с тобой идём на рынок! - он обнял жену и подхватил её на руки. Их счастливый смех летел к нам вдогонку, заставляя растягивать губы в улыбке, понимая, что их любовь получила ещё один шанс жить долго и счастливо под их крышей. Мы получили шанс построить свою семью, хотя Микеле поражён тем, как на его глазах выросла отрезанная нога.
Вероятно, из-за этого он был молчалив и немного подавлен, хотя и знал, какие возможности были и есть у его любимой Кьяры. Это можно увидеть своими собственными глазами, но умом понять сложно и почти невозможно. Согласна с ним, хорошо, что дочь принимает всё, как есть. Интересно, какие у неё будут способности? Надо подумать на досуге.
- Что делать с ногой? - как ни в чём не бывало, спросил Гиз, неся меч и груз в руках.