По сюжету фильма она приехала в СССР на гастроли и в Москве встретила свою любовь. Мэри думала, что её судьба перечёркнута раз и навсегда тем, что у неё чёрный ребёнок. Но оказалось, что в этой стране на пути её любви нет преград. Один из самых трогательных кадров — колыбельная, которую, каждый на своём языке, поют зрители, передавая темнокожего малыша из рук в руки и спасая от красавца-злодея импресарио (его играет неотразимый Массальский), распоряжавшегося до сих пор жизнью его и его матери. В роли чернокожего младенца снимался Джим Патерсон. Он был очарователен, но Любочка долго с ужасом вспоминала, как именно при команде «мотор!» малыш обдувал свою кинематографическую маму с ног до головы и ей приходилось срочно приводить в порядок своё платье. Это обстоятельство не помешало им стать друзьями, и когда Джим вырос и стал поэтом, он посвятил актрисе, которой всегда восхищался, стихи.
Фильм «Цирк» — мелодраматическая история, происходящая в неповторимой атмосфере цирковых будней, блестящий каскад комедийных ситуаций, недоразумений и трюков — буквально пронзил сердца зрителей. Картина вышла на экраны в мае 1936 года. Только за первый месяц проката в кинотеатрах Москвы и Ленинграда «Цирк» посмотрели пять миллионов человек. Представить же себе количество людей всей нашей необъятной тогда страны из шестнадцати республик, которые в то время посмотрели «Цирк», просто невозможно. Именно тогда и началось уже в полной мере то безумие любви и поклонения, которое сопровождало Любовь Орлову всю жизнь. Именно с этого момента её имя стало нарицательным, определяя верх совершенства, артистизма и красоты. «Хочу быть как Любовь Орлова!» — этот стон раздавался по всей земле, и никто не спрашивал, что имеет в виду мечтатель, это было и так понятно.
Количество концертов бешено увеличивалось. В Госконцерт и Москонцерт шёл поток заявок со всех сторон России, Прибалтики, Кавказа, Украины, Белоруссии, Средней Азии. Ведь концерты — это не только песни, это и разговоры, и личная встреча с той, которую полюбили, которой восхищались и которой хотели подражать. Можно смело говорить, что в результате более чем активной концертной деятельности Любовь Орлову не только по экрану, но и лично узнала вся страна.
Григорий Васильевич до конца даже и не представлял, какого джинна он выпустил из бутылки, не мог даже предположить той степени популярности, какую обрела его звезда, его актриса. Вслед за премьерой в Москве состоялась премьера «Цирка» и в Ленинграде. Орлова и Александров, естественно, на ней присутствовали и, воспользовавшись случаем, задержались в любимом городе. Конечно же она дала концерт, после которого ей всего-навсего надо было перейти дорогу, чтобы попасть в свою гостиницу «Европейская». Но это оказалось почти неосуществимой задачей: толпа, ожидавшая любимую актрису у служебного входа, заполнила всю улицу. После каждого концерта администрация подбирала 80–90 здоровых мужчин, которые, создав плотное кольцо вокруг Орловой, могли обеспечить ей возможность пройти к гостинице. Движение транспорта в это время, естественно, останавливалось. Именно в такой момент Александров в машине возвращался в гостиницу. Пока Люба давала концерт, он решил посмотреть спектакль гастролировавшего в Ленинграде МХАТа. Однако машину остановила милиция, объяснив, что проезд временно закрыт, так как проспект перекрыла огромная толпа, ожидающая выхода знаменитой кинозвезды Любови Орловой. Григорий Васильевич был просто ошарашен этой ситуацией. А во время гастролей в Одессе её жизнь и вовсе была полна невероятных приключений. Вот что пишет об этом в книге «Чарли и Спенсер» М. Кушниров: «Вскоре все шофёры Одессы, даже самые страстные поклонники кино, стали дружно отнекиваться от почётных рейсов (речь идёт о доставке Орловой из гостиницы в концертный зал и обратно. —
Но ещё круче был обставлен выезд со двора гостиницы. У железных ворот изнутри вставали служащие с вёдрами воды — человек пять-шесть, и как только ворота раскрывались… После концерта приходил начальник пожарной охраны и провожал её до пожарной лестницы, по которой спускались во двор — выйти снаружи было невозможно».
Бабель, бывший тогда же в Одессе, писал Александрову: «Если Вы хотите знать, что делает Ваша жена, могу сообщить во всех подробностях. У “Лондонской” толпа, а на деревьях напротив её окон сидят мальчишки и обо всём докладывают вниз: “Вошла… взяла полотенце… переодевается…”».
Гриша только посмеивался. И гордился. Это он — он открыл звезду, любовь к которой навсегда завладела не только его сердцем. В нём совершенно отсутствовал столь распространённый комплекс неполноценности мужей знаменитости. Он сам был знаменит. И потом: он умел восхищаться не только своим талантом.
