Молодая артистка обращала на себя внимание и изящным костюмом, в котором она занималась. В те годы тотальной разрухи и дефицита чёрная комбинация на широких атласных лентах-бретельках ошеломляла. Это был период, когда у неё развивался серьёзный роман с подданным Германии. Напоминаю: это был 1933 год. В Германии пришёл к власти Гитлер, у нас было ещё сложнее. Любочкины родители (мои прабабушка и прадедушка) в ужасе замирали, когда под их окнами дома в Гагаринском переулке останавливалась почти невозможная в те годы иномарка. Но Любе, видимо, уже тогда в полной мере была присуща та «русская отвага», о которой позже будут писать кинокритики в связи с её героинями на экране.
Франц, так звали иностранного поклонника, настаивал на их совместном отъезде в Германию, где он надеялся сделать из талантливой возлюбленной кинозвезду Но не тут-то было. Вот тогда и состоялась та самая встреча, которая решила судьбу её, Григория Александрова и всего мирового кинематографа.
Как я уже говорила, Любочка очень подружилась с Шаховской, и эта дружба стала пожизненной. Я прекрасно её помню — очень высокую, худую и крайне экстравагантную женщину с громким, немного в нос, голосом. Друзья ласково называли её Галочкой. Она была всегда чуть экзальтирована, вся в «высоком» и совершенный фанат профессии. Жизнь всего человечества рассматривалась ею только с точки зрения взаимоотношений с мюзик-холлом. Ей, судя по всему, было уже около восьмидесяти, когда я частенько встречала её на улице, поскольку мы жили почти рядом — на «Грузинах». Всегда энергичная и оживлённая, она постоянно говорила о неоспоримых преимуществах любимого жанра. А однажды на Пушкинской площади, когда я плавилась от сорокаградусной жары, Галина Александровна возникла передо мной совершенно свежая, бодрая и громко сообщила мне, что только что приехала из Днепропетровска, где она поставила «потрясающий балет с потрясающими артистами». Её небольшие, очень яркие и цепкие глаза в густо и небрежно накрашенных ресницах никогда не были отсутствующими и никогда не позволяли отсутствовать собеседнику. Они как бы настраивали тебя — и очень властно — на свою волну.
Шаховская принадлежала к одному из интереснейших семейств Москвы. Её отец Александр Ржепишевский был талантливым архитектором. В Харькове до сих пор возвышается созданное им массивное и торжественное здание банка. Ржепишевский был арестован, затем выпущен и очень скоро умер. Ему был всего 51 год. Сестра Галочки, Наталья Глан, была известная московская красавица, балерина, жена нашего выдающегося режиссёра Б.В. Барнета. А тогда они ещё всей семьёй жили на Большой Никитской, куда частенько забегала Любочка.
Судя по рассказам Галочки, её отец-архитектор приложил немало своей профессиональной фантазии при создании домашнего интерьера, и это было интересно настолько, что некоторые детали украсили впоследствии и Любочкину квартиру на улице Немировича-Данченко, где она и Григорий Александров, уже прославленные и знаменитые, поселятся позднее.
Я помню необычный карниз-полку почти под потолком по всему периметру столовой. Полка эта, узкая, из тёмного дерева, была сделана таким образом, что, сглаживая углы, превращала прямоугольник гостиной в овал. На ней поселилась большая коллекция празднично яркой вятской игрушки. Такие узкие и длинные полочки-карнизы были и в последней квартире Шаховской в Большом Грузинском переулке. Думаю, что в доме на Большой Никитской вообще было много интересного, коль скоро Любочку туда тянуло постоянно. А ведь она уже с детства была избалована «роскошью человеческого общения», поскольку её семья теснейшим образом дружила с Шаляпиными, они с сестрой уже хорошо знали, что такое масштаб личности.
Так вот, однажды Люба пришла в гости к Галочке перед очередным концертом. Люба к тому времени уже имела свою программу, в которой она пела, танцевала, фехтовала, использовала элементы пантомимы.
С безумным трудом созданное концертное платье было тщательно отглажено и, расправленное, раскинулось по всему широкому дивану. Пока подруги решали какие-то свои проблемы, на этом шикарном и единственном у Любы платье… окотилась кошка! Платье было испорчено безнадёжно, его хозяйка пришла в полное отчаяние. И только Галочкина матушка оставалась невозмутимой: «Любочка, ты не понимаешь своего счастья! Это замечательная примета! Тебя ждёт что-то необыкновенное!»
Не знаю, насколько в те минуты это утешило Любу и как она вышла из положения с погибшим платьем, — на концерт всё равно надо было идти. Но всё дело в том, что именно на этот концерт пришёл Григорий Александров, о чём она и не подозревала.
Как известно, молодой и ещё никому не известный кинорежиссёр в это время искал для своей первой кинокомедии «Весёлые ребята» актрису на роль Анюты.
