Рузвельт заключил:
– Ну вот, Сталин намекает, что мы ужасно затягиваем дело с открытием второго фронта.
Кстати сказать, Рузвельт любил напевать эту шутливую песенку».
Возможно, на самом деле все происходило и несколько по-другому, все-таки и Александров знал эту историю только с чужих слов, да и сам он имел привычку немного досочинить что-нибудь для красного словца. Но в основе все же несомненно лежит реальный случай. Еще до Александрова авиаконструктор А. С. Яковлев в своей книге «Цель жизни» описывал очень похожую историю, но с главой другого государства. 9 декабря 1944 года он присутствовал на правительственном приеме в честь приезда в Советский Союз генерала де Голля. Там действительно показывали «Волгу-Волгу», и посол США Гарриман сидел рядом со Сталиным, который при куплетах про теплоход очень над ним посмеивался.
Премьера «Волги-Волги» состоялась в апреле 1938 года. Казалось бы, после «Цирка» Орлова была уже такой звездой, что звезднее просто некуда. Но после роли Стрелки ее популярность приняла просто сумасшедшие масштабы. Теперь фотографии Орловой стали непременным атрибутом в комнате практически любого неженатого мужчины (а скорее всего и женатые от них не отставали, просто не так явно). Ну а среди женщин стало быстро распространяться психическое расстройство, которое психиатры назвали «синдромом Орловой». Оно выражалось в маниакальном желании женщин во всем походить на Орлову. Безумные фанатки высветляли себе волосы, делали такую же прическу, шили такие же туалеты, подражали манерам, выдавали себя за ее близких родственниц – сестер, дочерей, племянниц. Причем делалось это «для души», а не для какой-то материальной выгоды. Прежде подобным страдали в основном детдомовцы, выдававшие себя за родственников знаменитых людей, а теперь такое психическое расстройство стало все чаще встречаться у вполне благополучных женщин.
Другие поклонницы, более практичные и мечтающие не превратиться в копии Орловой, а повторить ее путь, заваливали Любовь Петровну письмами, где просили подсказать, как стать артисткой. Первое время ее такие письма слегка умиляли, но быстро начали раздражать. Летом 1940 года она даже опубликовала в журнале «Смена» статью «Мнимый блеск» с подзаголовком «Ответ моим корреспондентам»:
