Ужаснее всего было то, что все случилось слишком неожиданно. Когда отношения портятся постепенно, можно как-то предвидеть наступающий конец и хоть немного подготовиться к нему. Или хотя бы накопить обиды по отношению к человеку, с которым расстаешься. Мне нечего было предъявить Карстену. Его отношение ко мне всегда было полным нежности, я буквально «купалась» в его любви. Все обрушилось без предупреждения, внезапно, и мой мозг и мое сердце никак не могли примириться с тем, что делает Карстен. Я не могла найти никаких логических или даже нелогических объяснений его поведению. Доводы, что я хотела уехать в Россию и в этом причина его охлаждения, казались мне притянутыми за уши, ведь я осталась, я доказала мою любовь. Да и по-хорошему, разве это может быть причиной отчуждения? Обычно страх потерять возлюбленную только усиливает чувства мужчины. Я блуждала в лабиринте домыслов, но все время заходила в тупик. Я ненавидела мужа, так как начала подозревать, что он сообщил Карстену какую-то ложную информацию обо мне, которая подорвала его доверие. От переживаний я поблекла и подурнела. Женщина прекрасна тогда, когда она любима или живет в гармонии с собой. У меня не было ни того, ни другого. Кроме того, я перешла на совершенно нездоровый образ жизни. Первые дни я пила. Водку, пиво. Количество сигарет незаметно дошло до двух пачек в день, а немецкие упаковки это совсем не то, что в России. Здесь по 26 и более штук в одной пачке. Учитывая, что я недавно перенесла непонятный бронхит, который душил меня две недели, это было просто самоубийство. «Заботливый» муж постоянно пополнял запасы для меня, лишь изредка сокрушаясь о том, что я слишком много пью и «раухе филе зо филе» (курю много, очень много). Надо думать, ведь пачка сигарет в Германии стоит не менее 7 евро. Тем не менее на кухне всегда находились новая бутылка и новая пачка, поэтому весь день я или просто лежала в отключке, или беспрестанно курила и плакала, и тогда мне снова предлагалось выпить. Не знаю, чего хотел мой муж: то ли действительно помочь, то ли полагал, что так я рано или поздно забуду Карстена. А может быть, надеялся, что у меня снова развяжется язык. Однажды, в порыве пьяного откровения, рыдая, я поведала мужу о том, что Карстен называл меня «моя жена», «кролик» и хотел от меня ребенка. Мне нужно было кому-то выговориться, и я совсем забыла, что передо мной не сочувствующий друг, а Йенс Хаас, манипулятор и шантажист, который любую полученную информацию будет использовать против меня. К счастью, мне хватило ума не рассказать ему о нашей с Карстеном тайной переписке в течение всей зимы.
Иногда, к сожалению, душевная боль бывает столь сильна, что её не унять, не губя себя. Наверное, через пару месяцев такой жизни я превратилась бы в алкоголичку либо просто умерла. Я медленно, но верно уничтожала себя. Я понимала это, но не могла помочь себе иначе. Когда-то я бежала из России от раненого сердца, но здесь, в Германии, его просто разбили на осколки те, кто обещал, что больше ни слезинки не прольется из моих глаз. «Тебя много обижали, – писал мне Карстен когда-то. – Но теперь все будет иначе». Как он может так поступать теперь со мной, мой самый добрый и самый нежный мужчина? Я больше не видела для себя выхода ни в России, ни здесь. Женя продолжал писать мне ласковые письма. Было время, когда я мечтала об этом, но он никогда не писал ни строчки и никогда не называл меня «Маришка». Теперь этого было вдоволь, но, вот ирония судьбы, теперь мне это было и не нужно. Я бы отдала все его письма за одну единственную строчку от Карстена. К тому же, я больше не верила ему. Изучив так много литературы о перверзных нарциссах, я понимала, что это лишь притворство, направленное на то, чтобы вернуть меня. Хищник спрятал зубы и прикинулся овечкой до поры до времени. Но стоит мне вернуться, и он возьмёт реванш с лихвой.
Через несколько дней такой жизни я начала понимать, что я просто сойду с ума. Мой мозг невольно начинал искать пути моего спасения. Этим выходом было решение отправиться в путешествие в какой-то город Германии. Скажу честно, что меня прельщала идея не столько путешествия (хотя вырваться из четырёх стен сейчас было чрезвычайно важно для моего душевного здоровья), сколько перспектива снова потеряться на несколько часов и заставить волноваться Карстена. И может быть, он снова бросится на мои поиски, как несколько недель назад, когда я восемь часов пряталась в Люнебурге. Я открыла сайт лучших мест Германии и поочередно забивала их названия в расписание поездов, чтобы увидеть маршрут, время поездки и, конечно, цену. Как оказалось, моих небольших сбережений не хватало ни на одно из заинтересовавших меня мест. Конечно, пятьдесят из ста евро, подаренных Рональдом, я вообще не брала в расчёт, так как эти деньги были необходимы мне в случае бегства в Россию. А судя по моему состоянию, это решение снова было не за горами.