Одна часть его мозга анализировала детали плана Флетчера, другая часть как будто впервые осознала, что Анджела стала его женой. Чувство вины угнетало его. Как мог он так быстро позабыть любимую Сабрину? Он постарался отодвинуть от себя эти мысли, хотя бы на время.
– Что-нибудь еще, Томми?
– Да, сэр. Мистер Дарринг сказал, чтобы мисс Анджела сразу пошла в клозет. Он сказал, что все солдаты соберутся у входной двери, когда мы выйдем, и тогда она сможет выбраться отсюда.
– Выбраться? Но куда? Ни одного дерева нет вокруг нашего двора. Я окажусь на виду у всех, пробираясь по дороге.
– Мистер Дарринг придумал и то, как надо поступить потом, чтобы одурачить янки.
Глядя на сияющие глаза Томми и его радостную усмешку, Рэнсом мог понять, что мальчику нравится его роль в этой драме. В который раз идеи Флетчера завоевывают ему верных соратников!
– Все, что я должен сделать, – это дурачить янки до тех пор, пока мы не доедем до города. Затем кто-то сообщит, что бандиты напали на дом мистера Бартона.
– После чего все солдаты помчатся из города в прямо противоположном направлении. – Рэнсом посмотрел на Анджелу: – И если ты поторопишься, то успеешь дойти до владений моей кузины раньше, чем О'Брайон поймет, что его одурачили.
Она нахмурилась, услышав его слова, немного засомневалась, но в конце концов утвердительно кивнула.
– Но ей придется быть совсем одной. – Миссис Крамер сжала обе руки, как будто сдерживаясь, чтобы не обнять племянницу. – Когда в лесу полно бандитов, и газеты все время пишут об убийствах и... – Миссис Крамер остановилась, не желая произносить слово «изнасилование», но Рэнсом понял, что ее беспокоит.
– Она ведь будет одета как парень, – сказал он. – Будем надеяться, что это защитит ее, пока Флетчер или я не найдем ее. У нас нет выбора, миссис Крамер. Либо она остается здесь и будет судима за убийство, либо она попытается спастись в лесу.
Выбор, который, по словам Рэнсома, предстояло сделать ее племяннице, не очень обрадовал тетушку Джулию, но, соглашаясь с неизбежностью, она кивнула.
– Кажется, Флетчер все предусмотрел, – проговорил Рэнсом, оценивающим взглядом оглядывая всех участников авантюры. – И если ни у кого нет вопросов... – Он сделал небольшую паузу, и так как никто ничего не спросил, он продолжал: – Давайте начнем, у нас совсем немного времени.
К счастью, миссис Крамер отложила свои сомнения и взялась за переодевание героев драмы. Сначала она увела Анджелу за ширму, и через минуту девушка вышла оттуда в халате.
– Теперь твоя очередь, Томми.
– Миссис Крамер будет одевать меня? – Томми отступил на шаг, отрицательно качая головой.
Рэнсом взял мальчика за плечи.
– Поверь мне, Томми, я с большим удовольствием сделал бы все, что могу, чтобы помочь тебе, но только женщина может правильно расположить все эти дамские штучки.
С недовольным видом Томми отправился за ширму.
– Я бы не сделал этого ни для кого, только для вас, мисс Анджела.
– Я это высоко ценю, Томми.
Рэнсом смотрел, как Анджела что-то искала в коробке для шитья. Опять они вдвоем находились в спальне. Кровь бурлила у него в жилах, и он понимал, что не в последний раз они оказываются наедине в спальне. И если им удастся ускользнуть из рук О'Брайона, то им предстоит долгая совместная жизнь.
– Тетя Джулия сказала, что ты должен отрезать мне волосы, – проговорила она, передавая ему ножницы. Он взял их, не сводя глаз с Анджелы, вынимавшей шпильки из прически, которую она так тщательно делала всего несколько часов тому назад. Освободившиеся пряди волос рассыпались по спине, закрывая ее вплоть до талии. – Мать любила расчесывать мне волосы. – Тихая печаль звучала в ее голосе.
Рэнсом взял с туалетного столика серебряную щетку. Левой рукой он собрал ее темные густые волосы. Аромат жасмина распространился по комнате, когда он погрузил пальцы в шелковистые пряди. А когда он поднял руку, волосы, как вода, струились между пальцами. Он узнал ощущение, которое испытывал прошлой ночью.
– Неужели я должен носить это? – Недовольный голос Томми вернул Рэнсома к действительности. Сжав зубы и еще крепче сжав в руке щетку, он принялся расчесывать ее длинные волосы, мысленно представляя себе ее в постели.
Стараясь не думать об этом, он собрал ее волосы в толстый пучок и начал отрезать их. Каждый щелчок ножниц вызывал у него чувство сожаления. Война так много отняла у этой молодой женщины, что, казалось, просто грешно было заставлять ее приносить новые жертвы.
– Я совсем не могу дышать в этой штуке, – раздалось из-за ширмы.
Рэнсом хотел улыбнуться возмущенному тону мальчика, но улыбки у него не получилось.
После последнего щелчка ножниц в руках у него оказалось примерно двадцать четыре дюйма блестящих темных волос. Анджела обернулась, с удивлением глядя на отрезанные волосы.
– О Боже! – Одной рукой она провела по коротко остриженной голове. – Как странно. – И покачала головой, как будто привыкая к новому ощущению.
– Понятия не имела, что мои волосы такие тяжелые, – сказала Анджела и протянула руку, чтобы взять отрезанные волосы.