Бросила планшет на тумбочку, мгновенно вырубая его. Будильник на айфоне, так что этот не нужен. Пару часиков – и буду в порядке. Завтра по плану я буду доброй и милой перед сыном альфы. Очень надеялась, что он страшный и нелюдимый, чтобы я от смущения и страха молчала, и тогда мне даже не придется притворяться ангелочком. Но это завтра, а сейчас – спать…
Просыпалась от жужжания. Какой же противный звук. Невыносимо. Накрылась одеялом и только начала нежиться, как услышала:
– Аа-а-а… Ника! Вставай! Быстрее. Мы проспали!
Моментально откинула одеяло в сторону, забывая про пожелание еще поваляться. Вот же черт! Во рту был непередаваемый аромат – сегодня можно травку не пить, ко мне никто за метр не подойдет, и тем более добровольно нюхать не будет. Если только с закуской, чтобы конкретно подзарядиться.
Надо же было вчера столько выпить. Ммм… И так всегда – вечно утром жалеешь, если болеешь или как сейчас – опаздываешь. Кстати, а на сколько я опаздываю? Глаза не открывались, представляя собой щелочки. Поэтому посмотрела на подругу, бегающую по комнате неизвестно зачем, и любезно поинтересовалась:
– Сколько осталось?
Подруга моментально начала махать рукой, разгоняя воздух. Видно от себя и мой заодно гонит в сторону. Хорошо вчера посидели. Вирина выдала громкий стон и перевела взгляд на электронные часы, громко восклицая:
– Час на все!
Зачем орать-то?! У меня сейчас перепонки лопнут. Стоять… Сколько она сказала?!
– Вот черт! – пробубнила и соскочила с кровати, моментально вскрикивая от боли, падая вниз, ругаясь, что ковра нет. У хороших алкоголиков должен быть, а у нас убиться можно. Одни кости, да и те растеряла на полу.
Мамочка родная… как же невыносимо погано я себя чувствовала. Голова раскалывалась – будто по вискам били молотком. Да что же это такое? Ну почему нельзя без вот этого всего?!
– Ты чего? – спросила подруга, подлетая ко мне и тут же вскрикивая, когда к ней повернулась.
Глаза мои все же открылись – от ее крика слепые и глухие однозначно прозреют и услышат.
– Что орешь? – буркнула и, отмечая, с каким сочувствием она смотрит на мое лицо, а именно на синяк, все же спросила: – И как? Красивая?
– Оо-о-о лучше не спрашивай. Страшилище!
Ровно семь минут я принимала душ и пять сушила волосы, чтобы вода не капала. По хорошему нужно было замазать синячище, но времени не было. Так сойдет. У этих зверюг вообще шерсть растет, так что нечего перед ними стараться.
Влетела в комнату, вспоминая, что мне еще нужно, а затем громко прокричала:
– Вер, помогай. Где мое платье?
Подруга как-то странно сощурилась, что заставило меня застопориться, ожидая подвоха. Она улыбнулась и, поправив волосы, смущенно пробубнила:
– Ммм… да вот оно. Я его уже на дверь определила.
Тут она поднялась с дивана и быстро заторопилась к шкафу, показывая рукой на розовое пышное убожество. Нет, слишком легко сказано. Это не одежда – какой-то мерзкий костюм жалкого клоуна.
Во рту гадость, и неважно, что зубы три раза чистила. Да если честно, я толком не мылась – усердно пыталась рот промыть. Настроение ужас. Хотелось спать. А лучшая подруга решила пошутить?! Что за бред?
– Ты шутишь?! Это что? Я собираюсь участвовать в конкурсе: «Дохлая курица в розовом платье»?
– Довольно интересное название. Такой есть или ты хочешь сама его организовать? – протянула она, слишком активно кивая при этом. – Никуль, это «чудо» из твоего нового гардероба. Кстати, очень даже приличное. Поверь мне. Остальные просто невероятно откровенные.
– Чего?! Это вот убожество еще и приличное?! – мне показалось, что я ослышалась, но когда она пожала плечами и состроила понимающую мордочку, в шоке выпучила глаза. Убью продавщицу! Завтра, нет сегодня, а лучше прямо сейчас. Так, а что она мне еще там выбрала?
– Вот! Нужно самой покупать, а не доверять кому попало. Что за дела? У тебя вкус просто до жути спортивный! А ты позволила какой-то нежной дуре за тебя сделать выбор. И еще… платья невероятно дорогие.
Моментально кинулась к своей сумке, планируя посмотреть, что там меня ждет, как вдруг услышала:
– Ника, уже нет времени! Давай быстрее! Ты не успеваешь! Будешь бежать, как скаковая лошадь после трех забегов, с сумкой к кассе – это стопроцентно.
– Вот черт! Что же за жизнь такая? – простонала я, не понимая, за что мне так повезло.
– Это да-а-а… встряла. И лететь два часа.
– Ладно, сейчас джинсы поищу и все будет тип-топ.
– Какие джинсы еще? – воскликнула Вирина, упирая руки в бока. – И к сумке не смей свои ручонки тянуть! Я все красиво упаковала! Да, одежда вообще не в твоем вкусе, но ничего не поделаешь. Поверь, это самое приличное.
