— Да нет, я как раз думаю, что из-за тебя, его не люблю я!
— Почему? — испуганно спросила Лейла.
— Потому что этот засранец умолчал о факте ваших отношений.
— Ну, в этом весь он, — прожала плечами Лейла.
— Марк хороший, — вступилась Дея. — Он еще никого не приводил в дом для знакомства с родителями.
— Это да, — подтвердила Лейла.
Марк присел в кресло и уставился на взволнованных родителей. В последний раз он их видел такими, когда они сообщали ему о том, что скоро у него будет сестра.
— У нас снова пополнение?
— Марк! — грохнул отец бокалом, а после, взяв еще два, налил и протянул им.
— Что, корвалол больше не помогает? — иронизировал Марк, но Роза на этот раз не улыбалась.
Она была слишком бледна и молчалива.
— Марк, — начала она, когда он сунул ей бокал с виски. — Кто эта девушка? Откуда ты ее знаешь?
— Мы работаем вместе. И она моя девушка, — улыбнулся он.
— Кто ее родители? — спросил отец, на что Марк пожал плечами.
— Марк, милый. Это очень важно, — прошептала она, отставив стакан и, взяв его руки в свои.
— Роз, я не знаю. Она сирота. Ее подбросили младенцем в приют, в записке написали только имя и фамилию. Даша Белова. Все.
— Неужели это она, Милош? — воскликнула тихо Роза.
— Так, в чем дело? — спросил нервозно Марк. — Отец?
— Помнишь семью Каири? Хотя тебе тогда было всего восемь, — начал отец и Марк занервничал еще сильнее. — У Тамаша и Баваль Каири, должны были родиться близнецы. Они очень ждали их, потому что Баваль долго не могла забеременеть, да и почти все триместры были тяжелыми. Постоянные капельницы, уколы и прочее.
Отец замолчал, и Марк посмотрел на Розу. Она беззвучно плакала.
— Если вспоминать с чего все началось, то лучше будет начать с Мелек.
— Попкорна не хватает, — выдал Марк, за что тут же был пронизан тяжелым взглядом.
— Тамаш встречался с Мелек Дюркони, пока не встретил Баваль. А когда встретил, потерял голову. Он так влюбился, что предложил Баваль жениться. Мелек же всячески препятствовала и пыталась рассорить их. Но не получилось. И на свадьбе, когда они скрепили себя узами брака, Мелек прокляла их, сказав, что они не будут счастливы, разрушив ее счастье.
— Хеппи-энда не будет, я так понимаю? — спросил Марк.
— Баваль несколько раз после этого приходила к ней. Умоляла простить их, но та была непреклонна, — продолжила Роза, сминая в руках платок. — Сестра, очень переживала из-за этого, а Тамаш переживал за нее. Может из-за этого, может, нет, но стоило Баваль забеременеть, у нее тут же начались проблемы со здоровьем.
— Можно вопрос? — улыбнулся тепло Марк. — Ты хочешь сказать, что Даша…
— Когда у нее начались роды, Тамаш повез ее в больницу. Один близнец умер на следующий день, второго положили в реанимацию. А спустя неделю сказали, что и он умер. Хотя с ним все было в порядке, — убеждала его Роза. — Баваль клялась, что он был здоров и весел. Точнее она. Девочка.
— Да нет, — усмехнулся Марк, поднимаясь на ноги. — Ты меня разыгрываешь!?
— Сядь сынок, — бросил отец, смотря на него пристальным взглядом.
— Хочешь сказать, это она? Дочь Тамаша Каири?
— Двадцать лет прошло. Но два месяца назад, Мелек умерла, — продолжила Роза. — Перед смертью, она попросила передать для Баваль письмо.
— Дай угадаю, — вскинул рукой Марк. — Она украла их дочь?!
Роза кивнула и беззвучно заплакала, а отец, стиснув стакан, опустил голову.
— Мы и не подозревали, что она жива и где-то рядом, пока ты не привел ее в наш дом. Мы даже Баваль и Тамашу не сказали про письмо. Не хотели лишний раз бередить их раны.
— Ну, нет! — вскинул руки Марк. — Я не собираюсь сейчас говорить Даше, что ее родители живы и не в курсе ее существования. Вы понимаете, что с ней будет? — цедил сквозь зубы Марк. — К тому же это может быть не она.
— Это она. Она копия матери в молодости, Марк, — воскликнула Роза, поднимаясь с дивана и подходя к рабочему столу отца.
Выдвинув верхний ящик, она достала небольшой фотоальбом и открыла его, поднимая глаза и подзывая к себе Марка.
— Вот, смотри.
С фото на него смотрела приятная женщина, общими чертами похожая на Дашу.
— Марк нам нужно с ней поговорить, — попросила Роза.
— Нет.
— Почему?
— Она меня возненавидит.
— С чего вдруг?
— Ты не представляешь, как тяжело ей говорить о родителях. Она не хочет знать их. Думает, что они бросили ее.
— Так разве мы не обрадуем её, сказав, что родители двадцать лет жили с мыслью, что их дочка мертва?
Мира старалась быть незаметной, потому что стоило поднять глаза, как Каролина Вячеславовна поджимала губы и резко отворачивалась.
Похоже, что больше она не на моей стороне.
— А как вы смотрите на то, чтобы на следующих выходных съездить на рыбалку? — предложил Бронислав Дмитриевич.
Было видно, как глаза девочек загорелись, потому что они вообще дальше приюта никуда не выбирались.
— Можно с дедулей? — спросила Катя, и Ксюша робко выглянула из-за ее плеча.
— Можно?
— Ну я… я…
— Можно, — ответил Эрман, чувствуя, как рука Миры впивается ему в бок. — То есть я хотел сказать, если мама не против.
— Я не против, — улыбнулась она, видя, как они замерли в ожидании ее ответа.
— А мы? — воскликнули мальчишки.