Остаток вечера мы с Улей печем печенье, и я ее всячески пытаюсь развлечь. Я не знаю, что такое разбитое сердце. Но, должно быть, очень больно.
Уля то смеется, то плачет. Гормоны плюс первая любовь. Это нужно пережить.
Напившись чая, я залипаю в телефоне, проверяю соцсети и приложение знакомств. Мне написал парень, с которым мы уже общались, но все никак не получалось встретиться. Он работает в полиции, в ППС. Его зовут Герман Титов. Как космонавта. Зовет меня в выходные в кафе. По фото и общению он приятный, плюс работает в полиции, безопасно. Я соглашаюсь.
На следующий день у меня вождение. Максим встречает меня как ни в чем не бывало.
– Привет, Кристинка-витаминка! Как дела?
– Привет, Максим. Все отлично, спасибо, – коротко киваю я. Сегодня мне джинсы и водолазка. Перцовый баллончик я забыла в прихожей. – Куда поедем?
– Сначала городок отработаем. Потом часик по городу покатаемся.
– Хорошо!
Я пристегиваюсь, и выруливаю со стоянки. На городке мне сложнее всего дается параллельная парковка. Я никак не могу рассчитать расстояние до ярких фишек, и постоянно косячу. Уф!
Максим в десятый раз объясняет мне, как правильно парковаться. Затем, пересев на водительское, показывает. Наконец, у меня получается! Слава богу.
Я такая радостная. Что чуть не бросаюсь ему на шею. Вовремя остановившись, отворачиваюсь.
– Вот видишь, Крис. Сама ведь провоцируешь, – беззлобно смеется инструктор.
– Я просто открыта миру, Максим. Не более!
– Ага!
Потом мы ездим по городу, и болтаем обо всем. Только сейчас, когда все встало на свои места, мы оба расслабились. Максим рассказывает мне о своей жене и сыне. Он уже пошел в садик и часто болеет. Бабушки им не помогают, жена постоянно с ребенком, очень выматывается, секса толком нет. А он парень горячий и ему надо спускать пар.
– Ну ты же некрасиво поступаешь по отношению к ней. Она дома, растит твоего сына. А ты?
– А что я? Так все мужчины устроены, Крис. Это же физиология, и ничего личного. Сунул-высунул и пошел. Все мужики изменяют!
– Да нет, Макс. Не верю! Я бы не хотела так.
– Женщины тоже изменяют, но меньше палятся, – авторитетно заявляет он. – Знаешь, сколько у меня замужних было? А ты одна такая совестливая попалась.
Я в шоке качаю головой. Немыслимо! Я мечтаю выйти замуж раз и навсегда. И никаких измен! Кто же станет моим мужем?
В голове промелькивает образ Давида. Тьфу, блин!
Мама вернулась домой от сестры. Дни без нее быстро пролетели. Вчера вечером мы провернули с Ульяной спецоперацию. Я взяла с нее клятвенное обещание, что она в час будет дома. Маме сообщила, что сестра уснула в одиннадцать вечера.
До назначенного времени, я места себе не находила. Выпила литр чая, наверное. Параллельно читала Булгакова. После школы я мечтала стать преподавателем. Побеждала в олимпиадах по русскому языку и литературе, я гуманитарий. С физикой и химией у мня всегда были проблемы. Я изо всех сил корпела над учебниками, чтоб понять и разобраться. Денег на репетиторов не было, а то, что объясняли учителя, никак не могла понять. Мама мне тоже была в этом деле не помощник. По окончании школы она чуть ли не силком отправила меня на экономический, на заочку. Потому что потом можно хорошо заработать, не то, что с книжками копаться за копейки!
Читать же я очень любила. Я читала от классики до любовных романов. Последние, конечно, завораживали в более старшем возрасте. Как и все девочки, мечтала о большой и красивой любви. Я очень сентиментальна, мое богатое воображение живо рисовало мне картины прочитанного, я искренне переживала за героев.
Сегодня выбор пал на Мастера и Маргариту. Все-таки, в более старшем возрасте, по-другому воспринимаешь и сюжет, и поступки героев. Маргарита жила с нелюбимым мужем, которая ради любимого продала душу самому Воланду. Любовь требует самопожертвования. Но это опять только моя теория. Надеюсь, когда-нибудь доберусь до практики.
Наверное, нужно быть более гибкой, иначе, действительно останусь старой девой. Но и отдаваться без любви я тоже не могу. Замкнутый круг какой-то.
Ровно в час ночи открывается дверь, и заходит счастливая сестра. По ее горящему взгляду и истерзанным губам, я понимаю, что она явно не чай пила.
– Крис, не спишь? – шепотом зовет меня.
– Нет, тебя жду, – выглядываю я, с книжкой в руках.
– Ты как Татьяна Ларина, – хохочет она и тут же цитирует:
– Ей рано нравились романы;
Они ей заменяли всё;
Она влюблялася в обманы
И Ричардсона и Руссо.
– Спасибо за Пушкина, дорогая, – хлопаю я в ладоши. – Чай будешь?
– Да, я в душ, попью чай и спать, – позёвывая, сообщает Уля.
Мы очень сблизились с ней после ее этапа взросления.
– Спасибо тебе, Крис, – помешивая варенье, говорит сестра. – Я не знаю, чтобы делала без тебя.
– В окно прыгала с пятого этажа, чтоб от мамы убежать?
– Похоже на то. Ой, Кристинка, он такой классный! Мы все обсудили с ним!
– Что с Мирой у него? – спрашиваю ее, нарезая колбасу для бутербродов. Когда же еще их есть, как не глубокой ночью?
– Ой, не спрашивай. Короче, я так поняла, он на два фронта пока. И со мной ему хорошо, и ее бросать не хочет.
