Тот человек, которого я долгие годы считала родным отцом, и правда приложил руку к тому, чтобы сделать моего настоящего отца инвалидом. Ноги Касимова пострадали. Несколько лет он действительно не мог ходить. Врачи давали самые мрачные прогнозы, оставляли шансы на нуле. Однако Игорь справился, преодолел и это испытание, чудом выкарабкался. Методичные тренировки, новейшие методы лечения. Деньги играли значительную роль, но главное – воля к победе. Он выгрызал право вернуться на вершину, жаждал забраться еще выше, заполучить все возможные призы и закрепить позицию основного лидера в коварных партиях.
Ему требовалась программа, которую разработал Чертков, но лишь по той причине, что именно эту программу искал Бобырев. Касимов не успел отомстить Князеву лично, зато другого конкурента мечтал уделать на протяжении долгих лет, его и считал виновным в случившемся.
Касимов рассуждал так: Князев – удачная пешка, Бобырев – главный заводила. И эти суждения были близки к истине. Если бы не Бобырев, то ничего бы не произошло.
Поправив здоровье и накопив капитал заново, Касимов решил действовать. Сначала только наблюдал за серьезно поднявшимся противником, после стал разрабатывать схему возмездия. Он желал заполучить материалы, которые Бобырев хранил в своем сейфе. Кража бы не помогла, ведь там была установлена серьезная система, которая мигом бы уничтожила все содержимое. Силой замки бы никогда не открылись. Бобырев помешался на безопасности.
Иронично. Именно его одержимость новейшими системами привела в итоге к его же сокрушительному поражению. Особняк был напичкан техникой, взрывчаткой, сложными системами блокировки выходов ради захвата и уничтожения любого смельчака, который рискнет вторгнуться в берлогу психопата. Еще оставалась возможность абсолютного уничтожения всех построек на территории. На случай, если потребуется срочно замести следы преступлений.
Макс виртуозно использовал хитрую схему с выгодой для себя. Перепрограммировал и выстрелил в создателя его собственным оружием.
Касимов расслабился и получил пулю в лоб. Через годы подобную ошибку повторил Бобырев. Неуязвимых нет. У каждого есть своя слабость. Нужно только найти.
Нас забросили в логово больного ублюдка как отвлекающий маневр. Касимов дал Бобыреву видимость победы, ощущение, будто он все понял первым, раскусил.
А в реальности же этот проклятый подонок лишь закусил удила, заглотил огромный крючок.
Касимов рисковал по полной, сам отправился в ловушку, вернее позволил себя поймать и пытать, изображал беспомощного инвалида, хотя мог легко подняться с кресла и врезать в ответ. Он ждал, был уверен, что все рассчитал верно. И черт возьми, не ошибся.
Затея сработала. Каждый из участников оправдал надежды. Далее Касимов вообще постарался выкрутить все так, словно он помог всем нам наладить отношения.
Мы и правда сблизились. Глупо отрицать. Но и думать, будто мой биологический отец действовал исключительно из соображений альтруизма, тоже полная чушь. Он та еще корыстная мразь. Пожалуй, даже хуже Князева и Бобырева.
Как можно доверять такому человеку?
Хотя никому нельзя доверять. Никогда. Ни мне, ни моему брату. И уж точно не стоит проявлять доверие к Максиму Черткову. Каждый способен на болезненный удар.
– Катя, – говорит Касимов. – Нам нужно чаще встречаться, собираться вместе за одним столом. Мы близкие люди. Такое не получится перечеркнуть.
Я молчу. Испытываю нечто среднее между желанием рассмеяться и залепить пощечину. Нет, затрещины мало. Я бы врезала ему в челюсть. И плевать, что он мой отец. Вот чтоб до крови, чтоб с ног сбить. Ударила бы изо всех сил.
Макс считывает мои желания безошибочно.
Его кулак врезается в наглую морду Касимова прежде чем я успеваю додумать свои мысли до конца.
– Урод, – рычит Чертков. – Не смей к ней приближаться. Понял? В следующий раз я тупо воткну тебя башкой в асфальт. И это факт, а не фигура речи.
Касимов сплевывает кровь и посмеивается.
– До сих пор не можешь простить, что я грохнул Бобырева? – спрашивает он.
– Дебил, – хмыкает Макс. – Так ничего и не понял.
– Пойдем, – говорю я и беру супруга за руку, увожу подальше.
– Что? – мрачно бросает Черт. – Жалко его? Прониклась чувствами к своему блудному папаше?
– Я надеюсь, что это наша последняя встреча.
– Ха! Держи карман шире. Так быстро он не отвяжется. Готов поспорить, у этого подонка назрел новый хитрый план.
– В точку, – заявляет Глеб, возникая будто из ниоткуда, мой брат заставляет нас невольно напрячься и вздрогнуть.
Как ему это удается? Всегда подкрадывается бесшумно. Он словно отделяется от стены или от колонны, выходит из тени на свет.
– Он уже предложил тебе какое-то дерьмо? – хмуро спрашивает Макс.
– Да, – кивает Глеб. – Обрисовал суть в общих чертах.
– Нам эта дрянь не понравится.
– Ты прав.
– Но старик быстро не сдастся.
– Он не умеет отступать, – усмехается брат.
– Научим, – оскаливается Макс.
