Но самое главное, что успех наших отношений напрямую зависел от моей самореализации. Я бы не смогла быть домохозяйкой и ждать его каждый день с работы, коротая время за приготовлением пирогов. Позволил бы он мне попробовать себя в другом? Поддержал бы меня? Только в том случае, если бы это не влияло на его карьеру, если бы мои амбиции не мешали его планам. Он искал домашнюю жену, девушку, которая соблазнится жизнью в Америке, но будет беззаветно его любить. Я соответствовала «брифу» только в последнем пункте.
Но я до сих пор не сомневаюсь, что Матвей любил. И сделал всё от него зависящее, чтобы мы были вместе. Наши чувства были настоящими, но потребности были разные: он искал жену, а я хотела отношений. Хоть мы и были ровесниками, у нас за плечами был совсем разный опыт. Он переехал в другую страну, адаптировался в новой культуре, пережил насилие от отчима, выцарапывал себе обучение, обрастая долгами. Я только начинала свой карьерный путь, мало что знала о себе, своих желаниях будь то карьера или любимый человек, и не покинула родительского гнезда. Ему был нужен дом, оседлость, стабильность и спокойствие. Я была не готова к таким обязательствам.
Мы никогда не узнаем, как сложилась бы моя жизнь, если бы я уехала.
26 лет звучит по-взрослому, но только для тех, кто этого возраста ещё не достиг или находится в нем. Может, мне бы хватило духу рассказать нашу историю, но с другим финалом. Может, я бы стала блогером, рассказывая о простой американской жизни, а не роскошной тусовке с Манхеттена. Может, решилась бы получить образование и новую профессию, но скорее по необходимости, чем по желанию. Может, через полгода вернулась бы в Москву, чокнувшись от скуки в том захолустье, где Матвей получил работу, и проведи мы вместе больше времени.
Упустила ли я единственного мужчину, которого любила и который любил меня? Эта мысль не давала мне покоя, пока я дописывала окончание нашей истории. Но потом поняла, что он не дал нам даже шанса, и одному Богу известно, как бы мы решали любые вопросы в наших отношениях, если после первой же ссоры он аннулировал мой билет. Считай, вычеркнул из жизни ту, кому оформлял визу невесты.
Я не верю, что мне был дан только один шанс на счастье. Да, с тех пор я не вышла замуж и близко не подошла к тому, что было у нас с Матвеем, но не по причине тотального разочарования и разбитого навеки сердца. Наши отношения были для меня идеальными: у нас была духовная и эмоциональная близость, он был в моей жизни и в то же время никак не мешал. Мне не хватало живых встреч, поцелуев, ласки, объятий, но моя жизнь принадлежала мне. И все пошло прахом, как только потребовалось все бросить и уехать к нему. Обычно, девушки не отказываются от предложения замужества. Еще реже торгуются, когда им предлагают эмиграцию в США.
Я от всего этого отказалась. Но не потому что дура, а потому что я не для этого. И сама идея варить кому-то борщи и полностью зависеть от другого человека для меня немыслима. При всей моей мягкости, теплоте и отсутствии тусовочных настроений в любом возрасте, я не создана быть хранительницей домашнего очага. Позволил бы он мне это? Неизвестно. Но спустя 9 лет я точно знаю, что успех наших отношений зависел от моей самореализации. Какая у меня могла бы быть самореализация в техасском городишке с населением 300 тысяч человек и ближайшим крупным городом и университетом в пяти часах дороги?