Любовь садиста полностью

Я вышел на КПП и вдохнул свежий воздух. Как же, мать его, хорошо. Теплый апрельский день был в самом разгаре, солнце палило нещадно, поэтому пришлось снять кожаную куртку.

— Эй, начальник! — позвал я паренька в форме, который стоял неподалеку и курил. — Лишняя не найдется?

— А как же, я ведь табачный магазин! — недовольно проворчал он, но подошел и протянул сигарету.

— Знаю, за*бали, — усмехнулся я, делая первую затяжку в качестве свободного человека. — Бесплатный совет: носи с собой пачку тонких и предлагай их.

— Уж лучше прослыть жмотом, чем п*дором, — буркнул парень и убрал сигареты в карман.

— Включи смекалку, малец, — наставительно сказал я. — Вон, кольцо есть, значит, вали все на жену. Сам, мол, не дымлю, а благоверной покупаю. Или забираю, как больше нравится.

— Умно, — одобрительно закивал он. — А ты свою ждешь?

— Не понял, — нахмурился я, а потом заметил взгляд парня, направленный на мою руку. — Не обращай внимания, — отмахнулся, будто желая стряхнуть золотой ободок, — это подарок.

Сердце знакомо сдавили невидимые тиски, и я сделал последнюю, самую глубокую затяжку. Кинул окурок и остервенело раздавил. Какого хера вообще надел это сраное кольцо? И не заметил же — утырок в хранилище постоянно поторапливал, да и самому нетерпелось свалить наконец, вот и напялил на автомате. А потом не обратил внимания, словно снова сросся с ним, словно не снимал эти 2 года.

От мыслей отвлек въехавший на парковку внедорожник, и я, попрощавшись с парнем, поспешил к встречающему меня верному товарищу.

— Рус! Чертяка ты такой! Откинулся! — громогласно закричал Степка, раскинув руки в стороны.

Мы крепко обнялись, и, прежде чем сесть в машину, осмотрели друг друга.

— Ты постарел, — вынес я вердикт. — Вон седой весь.

— Ага, как тут не поседеть? Ты на зоне, я под следствием, молодняк разбежался, бизнес загнулся. Мне сорокет скоро, а я водилой ботрачу у размалеваной давалки депутата. Раньше тр*хал таких, а теперь на побегушках.

— Не ной, Степа, разгребем бардак, — уверенно сказал я, забираясь на переднее сиденье.

— Куда прикажешь, шеф? — шутливо поинтереовался друг. — Посидим тихо со стопариком или в клуб к девочкам?

Первым порывом было выругаться. Какой, нах*й, клуб и девочки? Но потом решил, что пора забыть прошлое. Я свободный во всех смыслах мужик, к тому же больше двух лет без секса. Непорядок.

— "Арена" еще работает? Давай туда.

— Понял. Сам сто лет не заглядывал к Вадику. Хорошо трусы приличные надел, — хохотнул Степа.

Умел он настроить на нужный лад. Можно сказать, только благодаря ему я воспринимаю случившееся со мной дерьмо адекватно.

Когда мы подъехали, уже смеркалось, но народ только начал подтягиваться в фешенебельное заведение. Раньше я здесь часто бывал: тусил, снимал телок, проворачивал свои грязные делишки, а директор, Вадим, помогал мне в этом. Но сейчас я ноль без палочки, биомусор, который отрыгнула система правосудия. Посмотрим, что из прошлой жизни удастся вернуть.

Друг зашел внутрь как властитель мира, и быстро организовал дл нас ВИП-столик в удобной нише. Через несколько минут принесли напитки, и он без предисловий заставил выпить две стопки коньяка. Я же не мешал ему наводить кипиш и вел себя скромнее, чем на первом свидании. Степан привык всех заставлять плясать под свою дудку, кто я такой, чтобы спорить? Он всегда был очень харизматичным и громким, а внушительный рост вкупе с массивной фигурой помогали выделяться. К тому же его угораздило родиться рыжим, а это стопроцентрая гарантия наглого характера и отсутствия стыда.

После початой бутылки дорогого виски я понял, что лоханулся. Надо было выбирать спокойный вечер дома. Здесь же музыка долбила в уши, людей становилось слишком много, а еще тошнотворное чувство ностальгии выворачивало наизнанку. Конечно, мое состояние не осталось незамеченным, тем более я его не скрывал. Не умею играть на публику, если хрово, то нечего жопу рвать, чтобы доказывать обратное.

— В душу лезть? — серьезно спросил друг, и я отрицательно покачал головой.

— Забей. Лучше скажи, что с землей?

— Да что с ней сделается? Стоит. Можно продать очень выгодно и на эти деньги замутить что-нибудь интересное.

— Не, оставим, — решил я. — Организуем стоянку, а с прибыли уже о расширении подумаем.

— Муторно как-то, — не одобрил идею Степа. — Ты ведь знаешь, что есть стопроцентные способы срубить намного больше, главное капитал иметь.

— Я в эти схемы не полезу. Мне бы обжиться чуток, переждать невыездной период из-за условно-досрочного и свалить за границу.

— Дело твое, — сказал друг, хотя я знал, что он уже думает, как бы меня отговорить.

Но я давно все обмозговал, и переезд казался наилучшим вариантом. Новое место — новая жизнь.

— Я видел ее, — внезапно поднял запретную тему Степа.

— Молчи, — предупреждающе произнес я.

— Помнишь, я писал, что она уехала в Сочи? — на мои предостережения наплевали.

— Не смей…

— А она вернулась потом спустя пару месяцев. Сейчас в Гатчине живет…

— Ну ты и урод, — прорычал я и встал из-за стола с намерением уйти, но Степа перегородил путь.