Чтобы «поместить сознание», достаточно внутреннее внимание в эту точку обратить и почувствовать себя защищенным собственным телом.
Но телесные практики – ничто без психологического понимания. Снять корону значит согласиться принимать и любить себя таким, как есть, со всеми слабостями, и пороками, и несовершенствами. Вы должны четко осознать, что будете любить и принимать себя любым, не будете отвергать себя, если вдруг обнаружите в себе какой-то изъян: зависть, ревность, жадность, глупость, слабость, зависимость, злость. Если вы согласны любить себя любым, вашей самооценке не нужна корона, ей нечего от вас скрывать. Ваших пороков не станет от этого больше, станет меньше иллюзий. А значит, энергия перестанет тратиться зря и локус ваш встанет на место. Вы выиграете много сил и возможностей.
Также вы должны согласиться любить себя в случае полного отвержения другими. Пусть вас презирают другие (не дай бог, конечно), пусть вас не любит или даже ненавидит значимая особа, обещайте себя любить и уважать даже в этом печальном случае. В любом! Как хорошая мать будет любить своего ребенка в любом случае, даже если все будут его гнать, так и вы любите себя. И тогда вам не нужна будет корона.
Избавьтесь от этой рогатой пакости на вашем челе, тогда вернуть руль вам в руки будет куда легче. И магический защитный круг границ вокруг вас появится.
Любая корона – это способ, к которому прибегает психика, когда хочет защитить себя от стресса из-за падения самооценки.
Самооценка падает, человек ощущает стресс. Стресс забирает много энергии и вообще тяжело переносится. Потому что стресс – это такой кнут, которым природа добивается движения, то есть развития и усложнения организмов в процессе адаптации к меняющимся условиям.
Но хитрые организмы, в том числе самый хитрый организм – человек, избегают труда и вместо изменений применяют психзащиты. Раз – и в домике защит. Ничего не вижу, не слышу, не знаю, все иначе себе представляю.
Самой любимой психзащитой людей является корона.
Чем отличается корона от здоровой независимой самооценки, когда человек сравнивает себя настоящего с собой в прошлом, а с другими людьми всерьез себя не сравнивает, поскольку понимает, что условия и исходные данные – разные?
В случае здоровой самооценки человек отказывается от всех тех сладких и жирных бонусов, которые дает самооценке выигрыш в соревновании. Это не значит, что он не соревнуется. Он соревнуется и может это любить. Но относится он к этому не очень серьезно, просто как к игре. Самооценку этим не кормит, то есть не чувствует вот это вот «я кру-ут, а-а-а-а!», эйфории вот этой вот и взлета ввысь, когда выиграл у кого-то. Он думает: «Я неплохо потрудился, и еще мне повезло». То есть делает акцент на свой труд и на какие-то внешние обстоятельства, а не на свою крутость, классность и изумительность. Он не кормит самооценку сладостями, он питает ее полезными выводами и мотивирует себя на дальнейший труд.
А тем, что признаёт фактор везенья, он корректирует локус контроля. Ведь от нас и правда не все зависит, и присваивать себе успех целиком ради эйфории не стоит. Бо́льшую часть – да. Но не себе в плане своей уникальности, а своему труду и своей любви к данному делу.
Вот это – нормальная самооценка. Это хороший компас по жизни. В случае проигрыша такая самооценка не падает с высоты, поскольку никуда не забиралась. Она оценивала вложенный труд, а не себя, и человек, проиграв, делает выводы, что мало потрудился, что ему не повезло или просто что второй потрудился еще лучше и молодец. Хотя ему и грустно в какой-то мере, но он не разбит. Иногда даже, наоборот, чувствует азарт и хочет работать лучше. Он не падал с высокого трона, поскольку никогда туда не залезал. Он не был на троне! Это важно понять. Он, засучив рукава, вкалывал, раб божий, а не бог и царь.
Люди, привыкшие потчевать себя жирными пончиками своей крутизны и уникальности, не могут обойтись без короны. В реальности их успехи обычно скромны, а со временем скромнее и скромнее, поскольку они не на то делают акценты, не любят напрягаться, иначе бы не искали такой вредный корм такими количествами, а работали и получали удовольствие от работы.
