— Хорошо, я буду молчать. Но, ангелочек, если с ним хоть что-то случится из-за тебя, я сделаю с тобой вещи пострашнее того, что сделают с ним. А ты, Брайен, постарайся как-то вернуть свои навыки. Вряд ли ты будешь нужен кому-нибудь так же, как нужен сейчас, если утратишь все свои способности.
— Разберёмся. Спасибо, — он отпустил мою руку, чтобы надеть на голову парик, выхваченный у Ребекки.
В голове беспорядок, разные мысли хаотично выходили на передний план.
— Всё хорошо, — он обнимает меня, отвечая на мой немой вопрос. Но я не верю ему.
— Уходите, пока они не пришли. Думаю, сегодня она будет не в состоянии быть среди «тёмных».
— Ты права. Мы уходим.
Вновь берёт меня за руку и начинает вести на выход, говоря мне о каждой ступеньке.
Не хочу даже думать о том, что он умрёт из-за меня. Эгоистка, я должна его отпустить, а не продолжать верить в счастливый конец, которого у нас просто не может быть.
На улице чьи-то голоса звали Брайна, но он ускорял шаг и волок меня за собой. Вероятно, это были его друзья, с которыми мы должны были сегодня сидеть.
Он также говорил что-то мне, но я молчала.
Да я сама себя убью, если он пострадает из-за меня. Ребекке даже делать ничего не придётся.
— Поговори со мной, — требует он. Но я лишь мотаю головой.
Пересекаем границу, переходя заросли кустов. Мечтаю оказаться дома, чтобы привести в порядок мысли.
— Аврора, ты меня вообще слышишь?
— Слышу, — мы останавливаемся возле дома. — Подними меня, пожалуйста, я хочу домой.
— Что страшного произошло?
— Она права, во всём права. Каждое её слово является действительностью. Нам нельзя…
— Она говорит лишь об одном исходе, который может быть. Это не значит, что нас ждёт именно это.
— Но, тем не менее, есть шанс. Мы не можем рисковать. Я не могу рисковать тобой.
— Плевать на меня. Я никакой-то там особенный человек, ради которого стоит лишаться того, что хочешь.
— И я не особенная.
— Особенная.
— Нет, я не стою твоей жизни, твоих каких-то там способностей, о которых ты молчишь.
— Почему ты решаешь за меня?
— А ты почему?
— Хватит упрямиться.
— Скажи это себе сам.
— Аврора.
— Что? ЧТО?! — всплескиваю руками, вновь не выдерживаю. Слишком много эмоций требуют выхода наружу. — Я не хочу каждый день думать, что ты можешь погибнуть. Не хочу жить с мыслью, что тебя убили из-за меня. Я просто не смогу. Ты дорог мне! Я ценю всё то, что ты делаешь для меня. Я не могу больше жить без твоего запаха, твоего тела. Твой голос — то, что я хочу слышать каждую ночь. На своей коже я хочу ощущать лишь твоё дыхание! Как?! Как я могу рисковать тобой?! Черт возьми, разве может что-то стоить твоей жизни?! Нет! Нет! Нет!
— Послушай меня.
— Нет! Я не хочу тебя слушать. Я всё услышала, когда мы были там. Ты не скажешь мне правду, не откроешься. Ты до сих пор скрывал, что меняешься. И сейчас ты вновь соврёшь.
— Я не совру. Я расскажу всё.
— Смысла в этом уже нет. Ребекка сделала всё за тебя.
— Чёрт, да что вы меня в могилу гоните?!
— Потому что ты в опасности! Ты слышал, что она вообще говорит? Ты прислушался к её словам?!
— Мне плевать на то, что говорит она!
— Ты холоден к ней, хотя она заботится о тебе.
— Она не заботится обо мне.
— Ты и в мою заботу не веришь? Не веришь моим словам?!
— Я… — не может ответить на мой вопрос.
— Отлично.
— Что ты хочешь от меня?! Никого никогда не волновало мое самочувствие. Всем плевать на меня. Я с детства жил с этими мыслями!
— А я с детства думала, что «тёмные» — это воплощение ужаса. Нам дурили головы. Только вот я давно забыла о тех словах. Ты же продолжаешь жить с мыслью, что никому не нужен. Может, раньше так и было. Но сейчас ты стал нужен мне, — тяну руку к его плечу, веду вниз до локтя. — Даже когда мы берёмся за руку, я причиняю тебе боль. Я правда однажды могу погубить тебя. Слабое существо стало самым опасным чудовищем в твоей жизни.
— Ты опять диктуешь свои правила, не слушаешь меня. Требуешь, чтобы я тебя понял. Но сама не хочешь понять меня.
— Как я могу понять тебя, если ты не говоришь мне ничего? Если ты не делишься своими эмоциями, ощущениями? Ради чего ты идёшь на этот риск?
— Я хочу так.
— Чего именно ты хочешь? Кто я для тебя, если ты готов ради ночей со мной попрощаться со своей жизнью?
— Я не могу сказать. Не требуй от меня то, что мне не под силу.
— Тогда твой риск не оправдан.
— Ты можешь просто быть со мной? Неужели так трудно?
— Трудно, когда ты понимаешь, что в любую секунду с тебя могут сорвать парик, а потом скрутить тебя и убить. Поэтому… Мы должны перестать видеться, — с трудом принимаю это решение. Часть меня протестует, требует немедленно заткнуться, но я не могу.
— Ты не сделаешь этого. Ты не бросишь меня.
— Я не бросаю тебя, ведь между нами ничего и не было. Мы просто проводили время вместе.
— Если ты не выйдешь завтра ночью, я буду думать, что ты врёшь.
— Ты и так мне не веришь, поэтому ничего страшного. Ты по-прежнему нужен мне, но я предпочту знать, что ты жив, — отворачиваюсь от него, протягиваю руки к стене. — Подними меня, пожалуйста, в последний раз.
