Меня подставляют, меня хотят убить… Где и кому я перешел дорогу? Почему Сергей Петренко, мой однокашник, вдруг превратился во врага. Именно вдруг? Мы никогда не вели с ним общих дел, никогда не ссорились из-за девушек, да и вообще не ссорились и встречались редко. Так, в больших компаниях по большим праздникам. Я вспомнил его лицо, когда он пытался объяснить, почему мне надо уговорить Тимура Авдеева, владельца солидной страховой компании, оформить сомнительной Серегиной конторе по продаже франшиз полис на крупную сумму….
Я смотрел, как девушка ловко мастерила букет из цветов шоколадного космоса. Ее пальцы едва заметно подрагивали, хотя внешне она была невозмутима. Когда я последний раз покупал цветы, даже не помню. Наверно, работать среди такой красоты чертовски приятно, подумалось мне. Всегда красиво, свежо, это как вечный праздник. Хотя нет, вечный праздник — нехорошее выражение, на вечный покой похоже. Моя дорогая тетушка, языковед, не одобрила бы такое сравнение.
— Я бы не стал добавлять сюда что-то еще, вот, к примеру, эти белые штучки, — решил я вмешаться в процесс и указал пальцем на мелкие цветочки, которыми девушка настойчиво разбавляла букет.
Она замерла на секунду, затем подняла на меня взгляд, полный отчаяния и откровенного недоумения.
— Оставить просто так?! Это же гипсофила! — сделала она попытку пробиться к моему рассудку. — Без нее букет будет невыразительным, я бы даже сказала — скучным. Цветы ваши дорогие, но вид…
Мне стало неловко. Когда имеешь дело с профессионалами, демонстрировать свое безразличие к их мастерству — по крайней мере, неприлично.
— Вы не расстраивайтесь. Мне не дизайнерский букет нужен, а просто цветы. Моя девушка их обожает.
Продавщица со вздохом отложила свое занятие и пожала плечами.
— Ну да, я понимаю, — согласилась она и разочарованно начала упаковывать цветы. — Запах, конечно, компенсирует здесь все.
— Спасибо за понимание, — кивнул я и осторожно, будто новорожденного ребенка, взял шуршащий целлофановый кулек из ее рук.
— И вам спасибо, — дежурно улыбнулась цветочная фея, тотчас отбросив все сомнения насчет правильности моего выбора. — Приходите еще.
Мелкий дождь, невесть откуда взявшийся, заставил меня распахнуть плащ и прикрыть им покупку. Тонкий аромат шоколада и ванили из-под полы тотчас ударил по нервам, я невольно судорожно вздохнул и быстрым шагом направился к машине, стоявшей за углом магазина.
Вставив ключ зажигания, я еще некоторое время сидел, силясь совладать с охватившим меня волнением. Мне определенно не хотелось трогать машину с места. «Ну почему, почему…» — повторял я снова и снова. Прикрыв глаза, попытался прислушаться к тихому шуршанию дождя, но воспоминания уже окутывали мое сознание удушающей пеленой…
Я стоял на крыльце офиса Сереги Петренко, щурился от яркого весеннего солнца и улыбался, как идиот. Мне всегда казалось, что идиотская улыбка признак баловня судьбы. Но на сей раз это было в точку в прямом смысле слова — я и был тем самым идиотом. Во всяком случае, так, по-видимому, считал мой дружок Серега.
Мне было странно слушать его и видеть, как он судорожно подбирает слова, как неестественно потирает ладони и расхаживает по кабинету, словно в поисках утраченной опоры. Еще более странным выглядел сегодня утром его звонок мне домой и приглашение на эту встречу. Ведь все можно было обговорить по телефону. Но я пришел, хотя вовсе не обязан был этого делать. Это даже удивительно для меня самого, но, очевидно, здесь сработал эффект неожиданности. Да и воспитан я так, что если меня зовут со словами «это очень важно», значит, так оно и есть. И потом, по телефону наш разговор более минуты не смог бы продолжаться, а тут я вынужден был досмотреть весь спектакль до конца.
Мерзкая афера, провернуть которую он настойчиво навязывал мне полчаса назад, была откровенным шантажом. Я решительно отказался. Едва заметная растерянность на лице Петренко вызвала у меня чувство отчетливо нарастающей тревоги. Было ясно, что Серега просил меня о том, во что сам не верил, что было напоказ шито белыми нитками. Спросить напрямую в чем, собственно, дело, не имело смысла. Не для того он меня сюда заманил. Именно заманил, по-другому и не назовешь.
Я вышел от него в недоумении, потому что собрать сразу весь этот бредовый разговор в логическую схему мне не представлялось возможным. Я не был мастером интриги, такого таланта у меня отродясь не наблюдалось.
На душе было мерзко. Обернувшись на охранника, с тупым видом стоявшего у входа в здание, я едва сдержался, чтобы не сделать неприличный жест. «Да пошли вы все к чертям собачьим!» — в итоге мысленно выругался я и направился к машине.
Навстречу, чуть не сбив меня с ног, пронеслась темноволосая девушка. Ее широкая пестрая юбка, раздуваемая ветром, краем подола коснулась моих брюк, и едва уловимый тонкий запах парфюма легким облачком на мгновение окутал меня. Я было решил, что она спешит в офис, однако та обратилась к охраннику.
— Вы не могли бы помочь мне поставить запаску? Пожалуйста. Ключ не поворачивается, — раздалось у меня за спиной.
— Не могу, — ответил ей тупоголовый. — Не положено покидать пост.
— Вот же…
— Вызовите техничку.
— Да некогда мне ждать. Что за жизнь, не мужики, а…
