И вот сейчас, ему пришла смс от Инны с предложением встретиться и погулять. Он долго взвешивал все за и против, в потом внезапно решил поехать. «Надо усиленно делать вид, что ничего не произошло и дать ей понять, что между нами чисто родственные отношения!» — выход из ситуации созрел сам собой.
И всё же, он нервничал перед этой встречей.
Щербатов младший прибыл уже в ресторан, где расположились Ирма, Инна и Дарья. Лазарева старшая села рядом с двоюродной сестрой, не оставив брату иного выхода, как занять место возле её дочери.
Даша не знала, как вести себя с Алексеем и уж тем более, как поведёт себя он, поэтому чувствовала неловкость. Но, первые же минуты обоюдного разговора вроде как разгрузили обстановку.
Лёша принял какое-то расслабленное положение на красивой скамейке (особой отличительной черте ресторанчика на крыше с великолепным видом на церковь) и спокойно вел диалоги.
В целом, этот вечер прошёл отлично. Все четверо общались, шутили, что-то вспоминали, была вкусная еда, вино и приятная атмосфера. Потом, внезапно, пошёл дождь, которого так не хватало этим жарким летом, и им пришлось сесть вовнутрь, за предложенный официантом столик на четверых.
Когда на десерт подали
Щербатов тут же поймал себя на мысли, что заигрался в заботу, но не стал слишком демонстративно всё обрывать. Даша же, расстаяла ещё больше и снова вспомнила слова подруги и статью генетика.
Так пролетел вечер. Ночевать все поехали к Инне, а на утро Лёша опять «испарился».
Двоюродная тётя накормила их с мамой очень вкусным завтраком состоящим из рукколы, копчённого лосося, яйца пашот, сырников и капучино, а потом Ирма и Дарья отправились обратно к Щербатовым. Им предстояло собирать вещи и улетать на следующий день.
Остаток дня они провели прекрасно, играя с Мирой и Богданом, общаясь с Корнеем, Арсением, Марьяной, Алёной. За семейным ужином, большим столом.
Алексей приехал лишь на следующий день, отвезти сестру с племянницей в аэропорт. Ирма всю дорогу общалась с ним, а Даша забившись, как в первый день приезда, в угол заднего сидения, пыталась сдержать слёзы. Это путешествие подарило ей надежду и оно же, убивало её всё больше.
Поведение Лёши менялось кардинально, как цвет шкуры хамелеона. Лазарева младшая пыталась разобраться, понять что к чему, но ей это не удавалось. Лишь одно было ясно как белый день: она влюбилась и очень серьёзно.
Улетать было тяжело, не спасло даже поедание пирожных в «Шоколаднице» с мамой перед вылетом.
В следующий раз их встреча состоялась только через пять лет.
Семья Даши была всегда в Москве лишь пролётом, когда они путешествовали заграницу и обратно. К ним в аэропорт часто приезжала Алёна с детьми и Корнеем, чтоб повидать сестру хоть ненадолго, но Алексей ни разу.
Почему так? Для Лазаревой младшей всегда оставалось загадкой. «Может просто не хочет, а может действительно не получается…» — думала она.
За это время в их жизнях были влюблённости и привязанности, романтические встречи и многое другое, но Даша всегда помнила о том, что было в Москве. Ни один мужчина так и не смог пробудить в ней таких же чувств. А может, так казалось?
Щербатов младший, запретивший даже думать себе о Дарье, с головой погружался в новые и новые романы, два-три раза чуть было не женился, строил планы, а жизнь катилась вперёд…
Спустя те самые пять лет, перед Дашей, окончившей с отличием факультет иностранных языков и получившей дополнительное обучение в Италии в университете Данте Алигьери, встал выбор места работы.
Одарённой девушке прислали сразу три предложения из очень крупных компаний. Две из них были питерские и одна московская.
После недолгих колебаний, она, разумеется, выбрала столицу России.
В аэропорту 21-летнюю Дарью Юрьевну должен был встретить Корней. Однако, пока самолёт, в котором летела девушка, парил над облаками, что-то пошло не так.
— Я не понимаю, Корней, кто теперь встретит Дашу? — возмущалась Алёна, когда муж сорвался ни свет ни заря в выходной на работу, где случился какой-то форс — мажор.
— Ну встреть ты… Такси можно взять. Алён, ты ж понимаешь всё! Петрович меня убъет, если мы сейчас же не разберёмся с этим делом!
— Я про твоего Петровича уже слышать не могу! Как член семьи, ей Богу! Только про него и говорим! — злилась в ответ жена.
— Я что могу сделать? Я сам жертва обстоятельств! — оправдывался в ответ Синицын.
— Ты жертва обязательств! Вечная! — невпопад ответила Алёна.
— Согласен. Это тоже… Ну, так? Решишь вопрос? — уже с надеждой произнёс мужчина.
— Пока, Синицын! Спасибо за помощь! — психанула в ответ жена.
Когда раздались последние гудки, раздосадованный Корней стал думать, что ещё можно сделать. Ему самому то не очень хотелось ехать в единственный выходной на объект, где рабочие что-то напортачили.
Идея осенила, уже не юную голову алёниного мужа, внезапно.
— Лех, привет! Нужна твоя помощь.
